Темная империя. Книга третья

 – Не работает!

И вот тогда Тьма продемонстрировала всю грань своего коварства:

– Здесь слишком светло, сын… Убери свет.

Усмехнувшись, Таэлран произнес:

– Хорошо, мама, я изменю степень свечения.

Она улыбнулась, пытаясь за благодарной улыбкой скрыть кровожадный оскал, несчастный демон понял, что у него перестало биться сердце, Золотой жрец вскинул руку и приказал:

– Ярче!

И желтое солнце стало белым!

Тьма взвыла, метнувшись вглубь своего укрытия, и оттуда донеслось полное ярости и боли:

– Нет, нет, сынок, умоляю, нет…

Но оставшийся безучастным к ее мольбам дроу, четко разделяя слова холодно произнес:

– Как пользоваться мраком? И не стоит повторно рассказывать мне о том, что я уже знаю.

И воющая сгорающая заживо богиня заорала:

– Мрак, создай порождение мрака!

И свет перестал быть столь интенсивным. Таэлран вытянул руку, принялся внимательно изучать собственные когти и властно спросил:

– Как?

– Твоя кровь, – раздалось из домика.

Жрец кивнул, а затем когтем указательного пальца вспорол вену. Тягучая, черная кровь медленно потекла в раскрытую ладонь, извиваясь ручейком по запястью, словно живая… Но то, что она живая, стало ясно, едва собралось достаточно крови в ладони, достаточно для того, чтобы из озерца показались ручки, а следом и голова вынырнувшего монстрика, глядевшего на повелителя преданными алыми глазами.

– Зззабавно, – произнес Таэлран.

«Отбросы орков… – испуганно пробормотал Тахир, вжимаясь в стену».

– Мой повелитель, – проклокотал монстрик, – повинуюсь воле твоей.

И как-то не сразу Золотой жрец понял, что кровь продолжает покидать его тело. Когда осознал, мгновенно накрыл рану рукой, и услышал разочарованный вздох монстра, который видимо, желал еще. И страшная догадка коснулась сознания Таэлрана.

– Мама, – позвал он, – покажись. Без палатина.

Но вместо того, чтобы исполнить его приказ, Тьма с горечью ответила:

– Ты изменился, сын.

– Как? – стряхивая монстра на песок, и стремительно перебинтовывая платком запястье, поинтересовался жрец.

Тишина, затем печальное:

– В тебе больше нет почтительности…

Таэлран тряхнул золотыми волосами и с усмешкой ответил:

– Неужели ты искренне верила, что я даже не догадываюсь о твоих планах, мать? Или мне изначально не было ясно, что ты пытаешься манипулировать мной?

Молчание в ответ, и демон догадывался, что Тьма сейчас просто бесится от осознания произошедшего.