Темная империя. Книга вторая

– Ты дорог ей, – продолжил властитель Хаоса и Эллохар недоверчиво взглянул на него при этих словах. – Дорог, Рэн. Дорог настолько, что она не желает видеть в тебе плохое, и прощает несмотря ни на что. Ведь я прав?

Магистр Смерти вспомнил тот робкий неумелый и от того такой трогательный поцелуй в лечебнице и понял, что дед действительно прав. Молча кивнул.

– Так что с Бездной? – сменил тему Арвиэль.

– Разбирайся, ты же правитель, – хмыкнул Эллохар.

А затем самым наглым образом вызвал огонь, и покинул дворец властителя Ада.

Едва синее пламя исчезло, в зал неслышно вошла Тень.

– Слышала? – с улыбкой спросил демон у любимой.

– Слышала.

Она все так же беззвучно прошла по песку, подошла к властителю Хаоса и коснулась его руки.

– Ты едва не сорвался.

– Ранят самые близкие, ты же знаешь, – демон вернул облик темного лорда, и обнял гибкую фигурку жены.

Он любил когда она надевала это темно-зеленое под цвет глаз платье, когда распускала иссиня-черные волосы, когда смотрела на него вот так, как сейчас – не скрывая своих чувств.

– Не дави на него, – Тень нежно погладила мужа по щеке, – не стоит.

– Да, но…

– Но если, – перебила его шайгенка, – он попытается все испортить, у тебя есть два всадника Мрака и их мудрые змеи, которые быстро исправят ситуацию.

Арвиэль усмехнулся, поймал ее ладонь, поднес к губам, поцеловал.

* * *Миры Хаоса

Хайранар, столица ДарГарая

Найрина Сайрен

Из небытия меня выдернул жуткий грохот, а затем знакомый голос, громко возвестивший:

– Трактирщик, всем за мой счет! Гуляем до рассвета!

И после этого возгласа вдруг стало невероятно тихо. Очень тихо. Казалось, вокруг никого нет. Даже свист ветра где-то за стеной послышался, одинокий и печальный.

– Да вы достали, – раздосадовано произнес господин Эллохар низким чуть хрипловатым голосом, присущим всем темным лордам.

Я замерла и даже дышать перестала.

– Мой принц, – прошепелявил кто-то испуганным голосом, – вы же… пить бросили…

– У меня появился повод.

– У вас… человеческая девушка на руках, – все тот же шепелявый.

– Что, правда? – искренне изумился тот, кто, похоже, действительно держал меня на руках.