Темная империя. Книга вторая

– Мясо красное, – возразила я.

– И все же рыба, попробуй.

Даррэн отрезал маленький кусочек, протянув руку через стол забрал у меня вилку, наколол мясо, обмакнул в соус, но не обжег в огне, и передал мне. Осторожно пробую странный кисло-сладкий очень острый соус, который напрочь убил все вкусовые рецепторы, так что о мясе сказать что-либо я уже не могла.

– Вкусно? – поинтересовался Даррэн.

– Жжет, – тяжело дыша, выдохнула я, и торопливо потянулась к стакану.

Выпила махом все до дна и… поняла, что это действительно не сон.

– Господин Эллохар, – начала было я.

– Рэн, – поправил он.

– Даррэн, – вновь пришла к компромиссу я, – меня безмерно интересует сказанная вами фраза «Хотел поужинать со своей любимой девушкой».

– Найрина, – тон мужчины стал официальным, – а что именно вам не понятно в данной фразе? Ведь я не использовал аллюзий, метафор и иносказаний.

Резко выдохнув, я была вынуждена признать:

– Да, на первый взгляд фраза предельно проста, но задумайтесь о ее смысле!

Господин Эллохар хмыкнул, а затем приказал:

– Ройх, лучшее вино нам, будем думать.

Топот многочисленных ног по потолку, и сверху свесилась бутыль на паутине, следом два бокала, затем в бокалы упал лед. Потрясенная я слова сказать не успела, как Даррэн откупорил бутыль, затем разлил вино, протянул мне бокал и возвестил:

– За фразу!

В ином случае я бы отказалась, но учитывая жажду, вызванную излишне острым соусом без слов взяла, отсалютовала господину Эллохару, сделала три медленных глотка и почти сразу ощутила, как закружилась голова… Может сон? Но даже во сне хотелось внести ясность:

– Вы сказали о любимой девушке, Даррэн.

Мой спутник сделал всего один глоток вина, после чего усмехнувшись каким-то своим мыслям, произнес:

– Это же сон, прелесть моя, а в твоем сне я мог иметь ввиду лишь тебя, Найриша.

Мне нечем было возразить."

"Появился Ройх – мне казалось, что у него какой-то особый нрав, истинного хозяина заведения, который своей таверной весьма горд, и этим он напомнил мне многих торговцев с Озерной улицы.

– Эрассата для прекраснейшей, – возвестил он, одной лапой убирая мой суп, двумя другими размещая передо мной тарелку с чем-то воздушно-кремово-зеленым, на желейной основе.

Я хотела было поблагодарить, но когда повернулась, рядом со мной уже никого не было.

– Наверху, – сообщил Даррэн.