— Когда произошло знакомство?
— Чуть менее пяти лет назад, — скупо ответил Андрей.
— Понятно, — протянула я. — Примерно в это время Михаил Петрович решил перебраться на «большую землю». Поближе к Москве. Они сразу стали любовниками?
Андрей не ответил. Он подозвал официанта и бросил в мою сторону:
— Что-нибудь выпьешь?
— Да, — в глубокой задумчивости, ответила я, — сухой мартини.
Андрей сделал заказ, и пока официант менял пепельницу и приносил напитки, мы снова молчали.
— Когда я слышу об убийстве состоятельного человека, — отряхивая оливку от капелек, сказала я, — прежде всего на ум приходит мотив — деньги.
Коваленко оставался богатым человеком?
— Все относительно. Но, вероятно, — да.
Я положила оливку в рот.
— И тем не менее, появляется другая версия — мотивом послужило что-то личное. Я права?
— Пожалуй, да, — грея в ладонях фужер с коньяком, согласился Андрей. — Деньги в эту схему как-то не вписываются. Мы проверили наследников Коваленко, все сплошь тихие, невзрачные люди, их потолок — кусочек пирога, а не весь пирог.
— Он был женат?
— Очень давно и в браке не было детей. Жена сейчас живет в Австралии, достаточно богата и никаких претензий к погибшему не имеет.
— Конкуренты? Какие-то старые долги?
— Нет, нет и еще раз нет. Пытаясь уйти от суда, Коваленко расплатился со всеми кредиторами, но это его не спасло, так как обидел он государство. Никаких таких следов финансовой вендетты мы не обнаружили.
— Михаил Петрович в этом списке?
— А зачем тогда ты здесь сидишь? — резонно заметил Андрей.
Он поднял пузатый бокал на уровень глаз и посмотрел на меня через стекло: — Несколько раз на поселение к Коваленко приезжали женщины. Мы установили всех, кроме двух. Одна дама навещала Коваленко примерно два с половиной года назад, в середине зимы, вторая приехала буквально через месяц. Возможно, и в первом, и во втором случае приезжала одна и та же женщина. Время приблизительно совпадает с переездом семьи Кутеповых на «большую землю».
— Приезжала молодая женщина? — оживилась я.
— Не установлено.
— Но ведь на зону, — начала я, и Андрей тут же перебил:
— Не на зону, а на поселение. Там работают безконвойные, визитеров не регистрируют и не опрашивают. Представь себе такой приличных размеров заводик в чистом поле, к воротам подъезжает машина, из приоткрывшегося на секунду окна высовывается женская рука в перчатке и с купюрой, и подзывает вахтера — старого подслеповатого деда. «А пригласите-ка мне, пожалуйста, господина Коваленко, уважаемый».
