Любава знала о том, чем занята ее подруга?
— Все сирых и убогих защищаешь? — усмехнулся Назар. — Успокойся, не знала ничего твоя Любава. Она считала, что участвует в постановке современной версии «Ромео и Джульетты». После истории с наркотиками, Миша запретил дочери встречаться с младшим Смирновым, и девушка думала, что помогает тайным встречам двух влюбленных.
— Как все, однако, просто, — пробормотала я и продолжила. — Каким-то образом Рената уговорила Любаву и еще одного парнишку попробовать наркотики, Саша был почти в «деле»…
— Она поймала их на пари, — вставил Антон.
— Мы недавно узнали это от Любавы. Ребята заключили пари, выигрывает один, остальные исполняют «американку». Пари было подстроенным, Рената не могла поиграть и заказала исполнение желания — все в один день колют себе дозу. В наркотик для ребятишек подмешали снотворное, так как с первого раза могло «не забрать»…
— Подожди, — перебила я. — А как же экспертиза?! Михаил Петрович сказал…
Антон не дал мне договорить:
— У Ренты во втором шприце был героин.
Остальным какой-то жутко сонный винт вкололи.
— А если бы на освидетельствование повели всех разом, и выяснилось, что в крови у Любавы и этого второго парнишки какая-то смесь?!
— И что? Мало ли какую дрянь торговцы подмешивают? Ренате повезло — купила чистый, а остальным, уж извините, чего попало досталось. Нет, тут все сделано комар носа не подточит. Смирнов себе и Ренате сделал по одному уколу глюкозы, Рената потом эти шприцы выбросила по дороге в гостиницу, а когда она вернулась, ввел ей уже героин…
— А себе?
— А себе ничего.
Зачем организм травить? Он, так сказать, на стреме в доме Любавы оставался, следил, чтобы свидетели раньше времени не очнулись…
— Неужели он ни о чем не догадывался?!
— Догадывался. Но не об убийстве.
— Тех, кто продал Рената наркотики, нашли?
— Не нашли, но знаем кто.
— Ну ладно, это уже не наша епархия, идем дальше…
И тут в спальню вкатилась мама. С сервировочным столиком на колесах. Доченька возлежала на подушках и притворялась фокусницей, достающей из дамской шляпки толстых кроликов, матушка не забыла о приличиях и собралась предложить гостям кофе.
И коньяк.
— Спасибо, Зоя Федоровна, мы не будем долго утомлять нашу больную…
— Вообще-то я здорова, — напомнила я, — только не шибко красива, но это временно.
— Кофе, коньяк? — тем не менее суетилась мама.
— Спасибо, только кофе.
Мама налила мужчинам по чашечке, встретилась с моим взглядом из-под синяков и проворно выскочила из комнаты.
