Я глубоко вдохнула, медленно выдохнула, осторожно приоткрыла дверь и проскользнула внутрь.
Ректор сидел за своим столом и сосредоточенно перебирал бумаги."
"Темные волосы, хмурый лоб, плотно сжатые губы… Взгляд скользнул дальше и упал на руки. Тут в памяти всплыло, отчетливо, будто наяву: темный подвал, холод, распахнутый лиф платья, и эти самые большие смуглые ладони, горячие, чуть шершавые, прижатые к моей обнаженной груди. И его рычание «Только посмей, демоны подери, умереть!», где за бешенством слышится страх.
Внутри полыхнуло жаром, воздуха стало отчаянно не хватать.
О боги, да что ж это такое? Не хватало еще в обморок грохнуться. Прямо тут…
– Добрый день, магистр Линард, – выдавила я.
И собственный голос показался чужим и незнакомым.
– Здравствуй, Аллиона.
В синих глазах не было ничего, кроме ледяного спокойствия. Холодного, как пол в том подвале. Ни-че-го. Сердце упало, в горле набух колючий комок.
– С тобой все в порядке? – нахмурился ректор.
Не в порядке. Совсем не в порядке. Но это моя проблема.
Со своими чувствами и глупыми надеждами потом разберусь.
– В полном порядке, – кивнула я.
– Проходи, – он указал мне на стул.
Я медленно пересекла кабинет и с облегчением села.
– Спасибо вам большое, – сказала я.
Магистр Линард удивленно приподнял бровь, словно не понимая, о чем это я. Неужели и правда такая мелочь выветрилась из его головы?
– Вы меня спасли, и даже рисковали своей жизнью. Ну, так мне рассказали…
– Люди, как всегда, преувеличивают.
Кажется, он считал эту тему закрытой.
Будто ничего и не было…
– Вы меня вызывали… Что-то случилось?
Я чуть не добавила «опять». Кажется, здесь я начинаю привыкать к тому, что что-то всегда случается.
– Нет. Просто хотел тебе кое-что вернуть.
Он протянул мне кулон на цепочке. Черный камень с сияющими гранями в ажурной серебряной оправе. Амулет, который принесла Карла. Тот самый амулет, с помощью которого я ее разыскивала! Видимо, выронила его в подвале. Но как я могла забыть, не заметить, что его со мной нет все это время?!
Я торопливо выхватила кулон из рук ректора и прижала к груди, даже не задумываясь о том, что делаю.
Теплый… Как всегда теплый и успокаивающий…
– Спрячь, – строго велел ректор.
Спрячь, спрячь. Я не глупая, с первого предупреждения усвоила, что кулон надо прятать, о том, что Карла – родовой фамильяр – молчать. А о том, кто мои настоящие родители, мне, похоже, и думать было нельзя.
Родители…
Я машинально нацепила кулон на шею и заправила его под платье.
