Темное влечение

И все же я не могла не спросить:

— Скажи, пожалуйста, — начала негромко, опустив взгляд, — я хотела бы знать… Ты женишься на мне, потому что я ношу твоего ребенка, да? Ведь я простая служанка. И не могу…

— Нет, дорогая жена, — перебил он меня вдруг. — Наша свадьба — это твое наказание, а не мое.

Я резко подняла голову и с удивлением вгляделась в его улыбающееся лицо.

— Но Кайл… я не хотела бы, чтобы ты был несчастен…

— Вот так. Правильно. Никогда не опускай голову, — проговорил он вместо ответа. — Ты теперь графиня Эридан Кастро-Найрен.

Твоя голова всегда должна быть поднята, а взгляд… да, вот такой, как сейчас.

Он улыбнулся, едва уловимо проведя пальцем по линии моего подбородка.

— Вы могли… воспитать бастарда. Как многие другие, — проговорила я, не успокаиваясь.

И тогда он стал абсолютно серьезен, вдруг ответив:

— Знаешь, когда я узнал, что стану отцом… Имей в виду, что некроманты обычно не говорят о том, что я скажу тебе сейчас. Особенно об этом не говорят принцы крови. Но я понял, зачем ты все это сделала.

Я впервые понял, что не хочу воевать. И почему этого делать не стоит. Не скажу, что я отказался от этой идеи совсем, но… пожалуй, готов оставить завоевание трона своим потомкам. Пусть сами с ним разбираются, если он будет так уж им нужен, — Кайл усмехнулся, не глядя на меня. — А я больше не принц. И могу жениться на ком хочу.

В этот момент он вдруг повернул меня к себе и достал из кармана какой-то ремешок. Я опустила голову, разглядывая его, затаив дыхание от количества драгоценных камней, которые его украшали.

А потом мой взгляд упал на круглый кожаный шарик в самом центре ремешка, и я с удивлением поняла, что…

— Это кляп! — выдохнула ошеломленно.

— Я придумал еще одно наказание для тебя, непослушная девчонка, — с хищной улыбкой проговорил граф. Затем наклонился к моему уху и продолжил говорить шепотом, обжигая собственным дыханием: — И исполнить это наказание я намерен, пока у тебя не вырос живот, бабочка. Думаю, ты будешь кричать очень громко.

И мне это понравится.

Кажется, я покраснела до кончиков волос.

— Это будет… болезненно? — только и сумела выдохнуть.

— Только для твоей скромности, дорогая, — усмехнулся Кайл, отстранился и тут же мягко коснулся моих губ.

А я вдруг почувствовала, что в желудке словно порхает стая мотыльков.

— Значит… ты меня простил? — спросила я, улыбаясь.

— Я все еще злюсь, — добавил он уже совсем без гнева. — Но у меня будет вся жизнь, чтобы тебя наказать, дорогая.