Темные не признаются в любви

В завещании деда четко указано, что я унаследую все, лишь предъявив диплом КУМа.

— Чисто теоретически девушка, которую выберут, сможет остаться в Латории? И доучиться тут?

Сухой, категорично прозвучавший ответ вдребезги разбил надежду.

— Элея, неужели ты вправду решила, что кто-то из давелийцев рискнет жизнью своей жены, оставив ее здесь? Пока не уничтожено движение «Покрова Лагории» и не найдены артефакты ордена, это невозможно.

Я расстроилась, чтобы буквально сразу воспрянуть духом. Собственно, почему я расспрашиваю? Я-то замуж не хочу!

О чем и сообщила Джареду.

— Ты решительно настроилась получить наследство деда?

— Я не меркантильна, если вы об этом. Дело не в наследстве, а в другом.

Расспрашивать он не стал. Кивнув, тихо посоветовал:

— Подойди к лорду Харну и объясни ситуацию.

Меня передернуло от мысли, что буду просить очкастого об одолжении. Но что оставалось делать? Пойду и попрошу…

— Мы на месте, — сообщил Джаред, снижая магмобиль.

Метель устала — снежинки еще кружили в воздухе, но уже утратив силу и азарт.

Отстегивая ремни безопасности, кромешник предупредил:

— Не сбрасывай пальто, иди до ворот в нем.

Спрашивать, а как же он, я не стала — не было сил. Надеюсь, за несколько минут Джаред не замерзнет настолько, чтобы заболеть. А если и заболеет, я буду его лечить…

Удивительно, зная меня всего несколько дней, он сделал для меня больше, чем некоторые члены моей семьи. Людей нельзя заставить себя любить, даже если вас связывает кровное родство.

Мысль, что ему от меня что-то нужно, я старательно гнала прочь.

Пальто кромешника поверх моего плаща отлично согревало. Так тепло, комфортно и спокойно я давно себя не ощущала.

Постучав в ворота и услышав шаги охранника, я обернулась к стоящему позади Джареду. Несколько снежинок осело на песочных волосах, серебря их в тусклом свете серого дня.

Я будто только сейчас его увидела.

Мужчину, который несколько раз выручал меня из беды, спасал мою жизнь. Мужчину, от которого я видела только добро, пускай часто он и навязывал его, решая за меня. Мужчину, благодаря которому мой отец избежал страшной смерти…

Эмоции переполняли, меня распирало от щемящего чувства благодарности. А еще нежности и восхищения. Я ощущала в груди маленькое солнце, которое грело сильнее, чем чужое пальто.