Темные не признаются в любви

Видеть сокурсника — плохая примета, день не задастся, и, учитывая, что я координатор темных и вчера перешла некую черту в отношении одного из них, на душе неспокойно.

Ох, зря я изменила своей привычке пользоваться лестницей! А все Мадлен, настояла на том, что лифтом быстрее…

— Доброе утро! — в один голос поприветствовали мы старшего мага.

Я — оживленно, невзирая на присутствие Аллара, Мадлен — глухо. Она как-то сжалась, будто пытаясь стать незаметнее. Странно… Она боится магистра? Или его дурака-племянника? А что, если парень пытался за ней приударить? Он ведь не пропускает ни одной симпатичной девчонки.

От подобного предположения у меня кулак разболелся — помнил, помнил еще, как встретился с лицом противного парня, попытавшегося зажать меня в углу пустой аудитории.

— Доброе утро, адептки, — отозвался магистр приветливо.

— Привет, — панибратски бросил его племянник, а одними губами, беззвучно добавил: — Недотрога.

Я сделала вид, что не поняла, что его вообще не существует. Игнорирование злило парня — вот и сейчас он чуть слышно выдохнул сквозь зубы.

— Ночь прошла тихо, здание стоит, значит, вы сегодня спали, Мадлен, забросив эксперименты? — добродушно спросил помощник ректора.

Девушка что-то смущенно пробормотала.

— Или на вас положительно влияет новая соседка? — не унимался преподаватель, продолжая подтрунивать. — Если так, то я рад за наше общежитие. Можем спать спокойно — не задохнемся и не взорвемся до утра.

Рутхи жили здесь же — университет, по слухам, предоставлял своим сотрудникам, их семьям, настоящие апартаменты.

Маг выговаривал с насмешкой — Мадлен тушевалась еще сильнее.

— Простите, старое больше не повторится, — прошептала она наконец.

Ее муки закончились — лифт выпустил нас на первом этаже. Она не рванула прочь, как я ожидала, медленно поплелась рядом.

— Кимстар, мне сообщили о вашем назначении. — Глубокий, богатый на тона голос магистра утратил краски.

Неподдельное сочувствие и то, что мужчина машинально потер левое плечо, сказали о многом. Он помнил прошлое и не простил. Слышала, что в молниеносной войне он не только потерял родственников, родителей Аллара, живших как раз в курортном городке на источнике, откуда и началось наступление темных, но и обзавелся огромным шрамом. Шрамом, который оставил вампир в боевой форме.