Темные не признаются в любви

Хотя о чем я? Планы невыполнимы: если она заполучит корону, значит, меня в живых не будет.

— Конечно, я обещал, дорогая. Все так и будет.

Одержимый отдал ей кулоны. Желтый Фиона хотела надеть сразу, но он остановил:

— Нет! Сначала его надо активировать кровью Валианта, один надеть на него, второй — на тебя. Иначе не сработает.

— Хорошо, я поняла, — с досадой ответила принцесса и надула губы.

Подойдя к изображению воина, магистр забрал мечи и воткнул их острием вниз в песок неподалеку от нас.

— Пока я готовлю последнюю ловушку, выпусти в коридор парноусов.

Принцесса беспрекословно подошла к входу, перекрытому решеткой, и нажала на скрытый рычаг. Буквально сразу послышался шорох, словно кто-то волочил по камню много-много бумажных гирлянд.

К прутьям подбежала тварь, похожая на буро-красную сколопендру, только омерзительнее в тысячу раз. Пощелкав жвалами, она жалобно застрекотала.

Фиона, все еще стоящая возле решетки, противно захихикала:

— Обычно на крюке висит коровья туша. И сейчас парноус возмущается: стол накрыли, а трапезничать не пускают!

Ни Мадлен, ни я не отреагировали на ее замечание.

Чертивший вокруг мечей какие-то знаки одержимый выпрямился и принялся читать на незнакомом мне языке заклинание. Резкие, гортанные звуки будили смутную тревогу.

Как же я хочу сейчас проснуться! Боги, ну почему это не кошмар, а жуткая реальность?..

— Все, готово. Даже если кромешники доберутся сюда, они не выйдут из пещеры, столкнувшись с моим подарочком. Захвати лампу, Фиона.

Магистр вновь подошел к великану, выбитому на камне.

— Пойдем, время не ждет! — прикрикнул одержимый на принцессу.

Проходя мимо, она издевательски шепнула:

— Развлекайтесь, девочки!

К чему она это сказала, и думать не хотелось. Как только стена встала на свое место, я позвала Мадлен:

— Что с тобой? Тебе плохо?

Все время девушка стояла, наклонив голову.

— Отвали, Кимстар, я думаю, как нам быть.

— Нечего тут думать. Нам нужно освободить руки и дождаться прихода кромешников. Иного варианта нет.

Кусая губы, Мадлен одарила меня долгим, напряженным взглядом.

— Ты настолько веришь в своего… принца?

Верить после недомолвки? После того, как он скрыл, что принц?

— Да, верю. Он не сказал, что не простой кромешник, и что с того? Зато в остальном он меня не подводил. А сколько раз спасал? Не оставит в беде и сейчас.

Я верила. В жизни нужно кому-то верить.