Хорошо, что невест в каждом отборе ищут для оборотней, а не для кровопийц.
– Идете в триумфальный зал, адептки? – удивленно спросил преподаватель, когда увидел, что мы с Мадлен, не сговариваясь, остановились у входа.
Раскрыв ридикюль, я состроила обеспокоенный вид, что ищу там нечто важное. Соседка же принялась перевязывать шнурки на ботинках.
– Да, мы вас догоним, магистр, – отозвалась я с улыбкой.
Я хотела предупредить Джареда, который должен подойти с минуты на минуту, что посещение моего отца откладывается из-за собрания.
Впрочем, он наверняка в курсе. Мадлен осталась, чтобы не идти с Рутхами.
Вскоре выяснилось, что я ошибалась.
– Не принимай помощь магистра, – прошептала она, когда маги отошли на некоторое расстояние.
Зельеварша завязывала бантик на правом ботинке и голову не поднимала – со стороны и не поймешь, что она что-то сказала.
К чему подобная таинственность?
– Почему? Из-за Аллара? Он пытался навязываться со своим вниманием, прикрываясь именем дяди?
Мадлен фыркнула:
– Думай, что хочешь, но последуй моему совету.
И она поплелась за мужчинами, старательно следя, чтобы расстояние между ними и ею не сокращалось.
– Доброе утро, Элея. Готова к поездке?
Я засмотрелась на Мадлен и пропустила появление Джареда.
– Доброе утро! Разумеется, но ведь сейчас собрание?
Кромешник – а выглядел он сегодня как-то по-особенному непринужденно-задорно: взъерошенные волосы, шальной взгляд и беззаботная улыбка – предложил опереться на его руку.
– Собрание не для тебя, Элея.
Для тех, кто отказался помочь организаторам отбора.
И почему у меня четкое ощущение, что тут кроется подвох? И отказников ждет малоприятная неожиданность?
– Как интересно! А зачем?
Хотя я все еще опасалась пересудов, от поддержки не отказалась.
– Вернемся – узнаешь.
Утро в компании Джареда пролетело незаметно. Пролетело – в буквальном смысле слова.
В лечебнице мы пробыли недолго. Папа крепко спал, но уже обычным сном, и я не стала его будить. Посидела немного рядом с кроватью, затем пообщалась с целителем, который забирал его со ступеней храма, и убедилась, что все хорошо.
– Почему грустишь? Отцу ведь лучше? – Джаред встретил меня в коридоре.
Я бы могла рассказать о своих переживаниях, но стоило ли? Поэтому просто пожала плечами.
– Ясно. Дурное настроение и черные мысли. Что ж, будем лечить.
И пару часов мы летали над городом. Потом обедали в «Рассвете Квартена», куда я обещала себе после нападения повстанцев больше не заглядывать.
