Когда надоело бродить, я отыскала свободное кресло и принялась наблюдать за специально установленным подиумом, сейчас темным. За ним начиналась часть зала, отведенная женихам. Разграничивала помещение магическая преграда, подозреваю, что непрозрачная лишь с нашей стороны. Предположение оказалось верным: спустя несколько мгновений мои вчерашние помощники принесли мне бокал вишневого сока и тарелку с аппетитными канапе и птифурами.
– Думаю, после украшения общежития вы не успели толком восстановиться, – чуть смущаясь, произнес Айк, старший давелиец.
– Слышал, что маги предпочитают восполнять резерв с помощью сладкого.
– О мясе, о мясе нельзя забывать! Оно точно сил придаст, – горячо возразил Тайрон. – Приятного аппетита, леди.
Волнуясь, я действительно проголодалась и с удовольствием перекусила. Наполняли тарелку оборотни, исходя из собственных возможностей, и я осилила лишь одну четверть подношения. Остальное предложила съесть им, если пожелают.
– Леди, разделить с вами трапезу – честь для нас, – серьезно произнес Айк.
Я смутилась. С чего бы вдруг? Если я – обычная латорийка, дочь барона? Учусь в КУМе, но пиетета перед магами темные не испытывали. Непонятно все…
Еще заметила странность: те несколько вампиров, которые разгуливали среди участниц и нагло смущали их комплиментами на грани приличия, смотрели на меня по-другому. Как? Сложно облачить в слова впечатления, но точно не как на деликатес.
На другом конце зала мелькнули зеленые волосы.
Мадлен?..
– Простите, я оставлю вас – вижу потерявшуюся среди участниц соседку.
И я фактически сбежала от странных, слишком дружелюбных оборотней.
На полпути меня перехватила сестра.
– А ты злопамятная, Элея! – сердито, но очень тихо произнесла она. – Не знаю, как этого добилась, но позже, когда закончится отбор, ты сильно пожалеешь. Я ведь не прощу, Элеяра! Расскажу все маме и отцу.
Криста угрожала, но при этом сладко улыбалась, бросая из-под темных ресниц томные взгляды на проходивших мимо давелийцев.
Ни один не сбился с шага, не застыл, завороженный ее яркой внешностью, как раньше бывало с латорийскими аристократами. Может, потому, что милая, трепетная красавица шипела змеей, не подозревая, что темные ее слышат?"
"Я хотела промолчать, чтобы она позорилась и дальше, но… как бы себя Криста ни вела, что бы ни говорила, она все равно оставалась моей сестрой.
