Пообщался в клубе по интересам. Сделал вывод, что скучать вы здесь не будете в любом случае.
Сергей поднял Анатолия и потащил его к выходу.
– Я надеялся, что он легче.
– Пошел ты, – сказал во сне Толя тому, кто ему снился.
Глава 11
Петр Романов, полноватый, крепко сбитый мужчина с круглым лицом, на котором сияла добродушная самоуверенность, стоял посреди помпезной спальни в синих трикотажных трусах и босиком. Он зевал, потягивался, почесывал крупными руками широкую волосатую грудь и видел свое отражение в отполированном до зеркального блеска полу из ценного камня, под которым был проложен обогревающий кабель, в огромном количестве золотых и просто блестящих поверхностей на стенах и даже в стекле и серебряных рамах полотен – подлинников.
Его жизнелюбие требовало именно такого веселого и безбрежно богатого интерьера. Темные и тусклые тона вгоняли его в тоску, тоска будила воспоминания, воспоминания неизбежно приводили в тупик, и вся эта цепочка была ему не нужна. Он хотел жить каждую минуту при ярком свете, он это право отвоевал, он его купил.
Все проблемы решаемы… Когда-нибудь в свое время.
– Ты уже встал? – раздался хриплый со сна женский голос.
Петр повернулся и посмотрел на огромную кровать, где среди подушек в наволочках из золотистого шелка с ручной вышивкой торчала светлая растрепанная голова. Он улыбнулся и подошел ближе.
– Рита, – мягко сказал он. – Сейчас одиннадцать часов. Лично я уже давно хочу есть.
– Только есть? – игриво спросила Рита, стягивая вниз с большой голой груди сверкающую простыню.
Петр подошел к тумбочке, на которой стояло большое зеркало, разумеется, в позолоченной оправе, и повернул его к ней.
– Во-первых, мне обязательно нужно позавтракать. Во-вторых… Рита, ну сколько раз тебе говорили хирург и косметолог, что нельзя спать лицом вниз. Твое лицо обошлось мне дороже, чем новая яхта. Посмотри в зеркало: на что это похоже?
– Ну что опять не так? – капризно заныла женщина. – Все такие со сна.
– Не все, – авторитетно заявил Петр. – Можешь мне поверить.
Ты похожа на мятую подушку, хотя именно подушки у меня никогда не бывают мятыми.
Рита поднялась, внимательно посмотрела на себя в зеркало. Потом взяла его в руки и пристально стала разглядывать детали. Ее одутловатое лицо с утонувшими в щеках глазами вдруг просияло. Она улыбнулась широкой голливудской улыбкой, глядя на крупные, упругие губы подозрительно правильной формы и идеальные зубы.
– Петь, ну, скажи честно. Я уже поняла, что ты не любишь делать комплименты.
