Протиснувшись через него, мы оказались на кухне, где музыка была немного тише.
— Так что, черт возьми, происходит между тобой и Беккетом?
— Что? — уклонилась я от ее прямого вопроса. Хотела бы я знать. У меня действительно не было ответа для нее. Я потянулась за безалкогольным напитком, внезапно почувствовав жажду.
— Не дури мне голову. Вы целовались?
— Это было частью игры.
— Это было после игры… когда вы остались одни.
— Очевидно, Маркус все еще был там, так что мы были совсем не одни, — отметила я.
Лили хихикнула, а затем пронзила меня испытующим взглядом.
— Он тебе нравится?
— Что? Нет! Он мудак, всегда был и всегда им будет. — Я знала, что Лили не позволит мне легко сорваться с крючка. Я должна была поделиться с ней чем-то настоящим. — Просто все изменилось после ограбления. Мы стали другими.
Я не могла рассказать Лили всю правду о том, что произошло в той комнате, не здесь и не так. Она, вероятно, подумает, что это была ошибка, и хотя она ничего не скажет, я увижу это в ее глазах. Именно поэтому я не говорила ей все лето.
Я уже знала, что всё закончится слезами, и подтверждение того, что она думает так же, больно ужалило бы меня.
— Ты навещала его летом? Ты не говорила мне, — Лили прислонилась бедром к стене.
— Нет, он уехал в Нью-Йорк на лечение… его здесь не было, — напомнила я ей.
Она приподняла изящную бровь."
"— Тогда мне интересно, куда мой парень постоянно уходил на каникулах… потому что он говорил мне, что в больницу.
— Подожди, что?
— Беккет лежал в больнице здесь, в Хэйд-Харборе.
Маркус и Кейд часто наведывались к нему. Я думала, ты знаешь.
— Нет, я думала, что он отправился за специальным лечением, — пробормотала я, мои мысли лихорадочно метались.
— Что ж, это было бы логично, учитывая, что он Андерсон, но вместо этого его отец привез сюда пластического хирурга. Полагаю, когда ты миллиардер, врач приходит к тебе сам.
— Точно.
Но Колетт сказала мне, что Беккет улетел в Нью-Йорк. Она солгала мне в лицо.
— Хочешь выпить? — Спросила Лили, меняя тему.
— Нет, я допью газировку.
Колетт обманула меня. Беккет никогда не был в Нью-Йорке. Просил ли он свою мачеху сказать мне это, или она сама так решила?
Ложь Колетт тяжело осела в моем сознании. Она действительно была серьезна, когда говорила, что не хочет, чтобы к ее пасынку ходила прислуга.
И все же, рассудила я, может быть, это и к лучшему, учитывая, как Беккет ответил на мои сообщения. Было бы еще больнее услышать лично все эти пренебрежительные, жестокие слова.
