Учитывая, что интимный момент, который мы разделили, повторялся в моих снах почти каждую ночь с тех пор, как это произошло, подтверждение того, что я единственная, кто дорожит этим моментом, стало ведром ледяной воды, вылитым мне на голову. Благотворительность. Он назвал это благотворительностью. Трах из жалости для девственницы. Это превратило мою гордость в пепел.
Ему было все равно. Беккет ненавидел меня, даже больше, чем раньше. Он больше никогда не хотел со мной разговаривать. Я понятия не имела, почему даже на секунду подумала, что между нами что-то изменилось.
Беккет все еще оставался Беккетом, а я — это я. Мы были маслом и водой.
После его сообщения я решила выбросить Беккета из головы и даже не упоминала о неудачном визите или сообщениях Эшу или Лили. Я изо всех сил старалась стереть все мысли о нем, и мне это отчасти удалось. Говорят, что первый раз не забывается; я надеялась, что в моем случае это не так. Время покажет. Я установила противозачаточный имплантат, чтобы больше никогда не прибегать к экстренной контрацепции, и продолжила жить дальше.
Фокусирование внимания на радостном волнении из-за поступления в УХХ помогло. Я даже надела свои новые кроссовки.
В воздухе веяло прохладой, присущей началу осени, когда я поднималась по каменным ступеням к своему общежитию; возбуждение бурлило в моих венах. Конечно, мое здание находилось на самом краю кампуса, на безлюдной территории, рядом с футбольным полем и катком, но жилье было бесплатным, и я уже любила его.
Тренер Эрик высадил меня вместе с чемоданом и двумя небольшими коробками с вещами перед общежитием и отправился дальше, чтобы разместить Лили. Ее здание находилось в самом центре оживленной жилой части кампуса, и я планировала часто навещать ее там.
Дверь в общежитие была распахнута настежь, студенты входили и выходили. Я направилась внутрь, чтобы отыскать свою комнату. Да, оно было немного потрепанным и ветхим, но это было частью студенческого опыта, верно? Я была полна решимости не позволять этому беспокоить меня.
Моя комната находилась в конце лестничной площадки первого этажа. Я поставила свою коробку и постучала, прежде чем войти.
— Можно?
Комната была крошечной, в ней едва помещались две односпальные кровати, между которыми с трудом можно было пройти. На одной из кроватей лежала девушка на животе. Она подняла глаза, когда я вошла.
— Привет, я Ева. Кажется, я твоя соседка по комнате. — Я помахала ей рукой.
