Темный маг. Книга 2. Начало пути

Прошу соблюдать полную тишину до окончания жеребьёвки. Правила, озвученные один раз, больше повторяться не будут. Ещё раз напоминаю: применение артефактов, использование магии, и всего, что может напрямую или опосредованно влиять на исход жеребьевки, приведёт к наказанию. Какому именно наказанию, буду решать не я. Всем всё понятно? — Директор обвел зал напряжённым взглядом. Ответом ему была полнейшая тишина. — Итак, первая тройка, — крёстный сунул руку в коробку с бумажками, вытащил одну, развернул и громко произнёс: — Евгений Васильевич Смирнов.

Прошу вас подняться к нам.

Побледневший дружок Полянского на негнущихся ногах кое-как добрел до сцены. Он встал между крестным и начальником Службы Безопасности, испуганно глядя прямо перед собой.

— Компанию ему составит Ольга Владимировна Конева, — девушка со Второго факультета присоединилась к Смирнову. Она выглядела более уверенно.

— И третьим в вашей тройке станет Глеб Максимович Душицын, — прочитав имя на бумажке, которую только что вытащил, Троицкий пригласил студента на сцену.

Судя по всему, Душицын был явно недоволен результатами жеребьёвки. Ну ещё бы, целый месяц находиться рядом с теми, кого он не скрывая презирал.

— Надеюсь, ваша тройка придёт к взаимопониманию, — негромко произнёс начальник Службы Безопасности, которого нам официально так и не представили. — Помните, что до конца вашего обучения вы становитесь практически неразлучны. Кроме того, после окончания практики, многие задания непосредственно на занятиях на протяжении всего вашего обучения вплоть до выпуска будут сформированы так, чтобы задействовать силы именно тройки.

Это касается всех студентов, а не только вас. Возле выхода из зала вас встретит мой помощник и разъяснит все детали предстоящей практики. Удачи. — Он улыбнулся и пожав всем троим руки, потерял к ним какой-либо интерес, переключив всё внимание на Троицкого.

Подождав, когда первая тройка скроется за массивными дверьми, директор поднял руку, призывая к тишине.

— Следующая тройка.

— Он достал бумажку и, развернув её, громко огласил выпавшее имя: — Ванда Вишневецкая.

Однофакультетчица Егора, та самая со странным именем, которую натаскивал Ромка на пятёрку по ботанике, поднялась на сцену и встала рядом с Троицким. Она была такая же невзрачная, как и начальник Службы Безопасности: маленькая, немного склонная к полноте, сероглазая с тёмно-русыми волосами, завивающимися в плотные кудряшки, и вздернутым носиком на невыразительном личике.