– Но как… почему? Что она здесь делала?
– А мне-то почем знать? Господа мне не докладывали, но ушли они вдвоем.
Наверное, это было срочное дело, раз Джиллиан примчалась за Айзеном во дворец…
Ага. Или Ортред нашел способ как отослать Айзена подальше и не дать со мной попрощаться.
Эта мысль всплыла в моей голове и осталась там, точа мозг, будто червь. Я пыталась убедить себя, что это просто совпадение. Может, правда в Академии что-то случилось. Но моя паранойя только росла.
Я попробовала дотянуться к любимому по истинной связи, но там стояла глухая стена.
Значит, он далеко, как минимум за десять километров. Ушел порталом? Скорее всего…
– Хорошо, – вздохнула, отпуская служанку, – спасибо за помощь, вы можете идти. Дальше я сама справлюсь.
Женщина поклонилась, но вместо того, чтобы уйти, внезапно сказала:
– Леди, простите за дерзость, но вам не стоит так обращаться к слугам.
– Как? – нахмурилась я.
– Как к вышестоящим.
Мои брови удивленно взлетели."
"– В каком смысле? – я вытаращилась на нее. – Я же ничего такого не сказала…
– Не обращайтесь к слугам на “вы”.
Это сразу выдает в вас отсутствие воспитания. По дворцу и так ползут слухи…
Она осеклась. Но я уже ухватилась за ее слова:
– Какие слухи?
– Ну… что вы дочь преступника, да еще незаконнорожденная. Никто не знает, кем была ваша матушка, но всем известно, что ваш отец не состоял с ней в освященном браке. Простите, если это задело вас…
Служанка так нервничала, что мне стало смешно. Пожав плечами, я фыркнула:
– Не особо. Но за совет спасибо.
Ты, – выделила голосом, – можешь идти.
По губам горничной скользнула улыбка. Сделав формальный книксен, она удалилась.
А я уселась в глубокое мягкое кресло и с голодным урчанием приступила к еде.
Теперь у меня было время обдумать и проанализировать все случившееся за последнее время. Все события, начиная с моего появления в этом мире. Но кое-каких деталек в мозаике до сих пор не хватало. Я знала, у кого их можно добыть – у Сильхарда. Он не особо откровенничал, когда пытался меня убить.
Какой-то неправильный злодей. Надо бы попытаться пройти в нему в камеру и поговорить. Вдруг получится?
Из одежды у меня была только махровая простыня и шелковый пеньюарчик, поверх которого надевался тяжелый бархатный халат с волочащимся по полу подолом и длиннющими рукавами. Совсем не тот наряд, в котором следует выходить из личных апартаментов. А форма, в которой я приехала во дворец, бесследно исчезла.
Удивленная этой пропажей, я выглянула в коридор.
