Темный любовник

На плечах готическими буквами было вырезано ее имя.

Фури вручил лаковую коробочку Рэту.

— Передайте этот символ своей шеллан в знак того, что вы достойны ее. Отныне ваше тело, сердце и душа принадлежат ей по праву.

Рэт развернулся и двинулся к Бэт. Она тревожно вглядывалась в его лицо. Похоже, все в порядке. В полном порядке. Да он просто светится от любви.

Упав на колени, он склонил голову и протянул ей шкатулку.

— Признаешь ли ты меня как свою половину?

Он бросил взгляд поверх темных очков, сверкнув своими невидящими глазами.

У Бэт затряслись руки.

— Признаю.

Рэт поднялся, и она бросилась ему на шею, стараясь не потревожить спину.

Братья затянули старинную песню.

— Ты в порядке? — выдохнул он.

Бэт кивнула, переживая из-за того, что ее не назвали Мэри или Сью.

Прежде она не задумывалась, что в имени Элизабет целых восемь букв.

— Надеюсь, этого больше не повторится? — всхлипнула она, уткнувшись ему в плечо.

Рэт тихо рассмеялся.

— Боюсь, когда у нас появятся дети, тебя придется приковывать к батарее.

Пение становилось громче, басы набирали силу.

Она посмотрела на братьев. Эти свирепые великаны стали ее семьей. Рэт держал ее в плену могучих рук и двигался в такт ускоряющемуся ритму. Стройный хор возносил хвалу на родном языке.

Но тут на фоне низких голосов воспарил сильный тенор и повел мелодию вверх, поднимаясь все выше и выше. Он был таким чистым и звонким, что сжималось сердце. Казалось, комната превратилась в высокий собор, пятеро братьев — в церковный хор, и рай уже так близко, что до него можно дотянуться рукой.

Зетист пел с закрытыми глазами, откинув голову назад.

У парня со шрамами, лишенного души, оказался голос ангела.

Глава 46

Во время свадебного ужина Буч легко обходился без спиртного. Рядом сидела Марисса, и все внимание доставалось ей.

Время от времени коп поглядывал в сторону Бэт и ее благоверного. На эту парочку нельзя было смотреть без зависти. Голубки просто таяли от любви. Поганый вампир, счастливый избранник, не спускал со своей супруги глаз.

Когда веселье подошло к концу, Марисса поднялась со стула.

— Пора уходить, брат ждет меня к ужину.

«Вот почему она совсем не ела».

Буч нахмурился, не желая расставаться.

— А когда вернешься?

— Завтра вечером — подойдет?

«Проклятье! Это же целая вечность».

— Я буду ждать тебя здесь.

Он отложил салфетку.

«Господи, вот и повод напиться».