Темный любовник

Черный подол всколыхнулся, и Дариус увидел, как из-под него пробиваются лучи света. Яркие, как солнце.

— Как же я могла отказаться? За все это время ты впервые попросил о встрече.

Он почувствовал, как что-то коснулось плеча, и волосы на затылке встали дыбом.

— Поднимись, я хочу видеть твое лицо.

Вампир встал на ноги и сложил перед грудью ладони.

— Тебе не нравится в Забвении, принцепс? — продолжала она. — Хочешь, чтобы я отправила тебя обратно?

— Смиренно прошу о такой возможности, если это не нарушает здешних устоев.

Дева снова рассмеялась.

— Должна сказать, что ты говоришь благороднее, чем твой король. Откуда такое красноречие у воина?

Ее собеседник не торопился с ответом. Он соскучился по братьям. Особенно по Рэту. Но увидеться хотел только с Бэт.

— Твоя дочь вышла замуж, — неожиданно сказала Дева, — и у нее очень достойный супруг.

Вампир закрыл глаза, следуя правилу не задавать вопросов, а только слушать.

Дева-Законоучительница наслаждалась его молчанием."

"— Вы только взгляните на него: ни капельки любопытства. Какое самообладание! Принимая во внимание твои манеры, я пойду навстречу и открою тебе его имя. Это Рэт. И он вернулся на трон. Твоя дочь стала королевой.

Дариус низко опустил голову, пытаясь скрыть переполнявшие его чувства и набежавшие слезы. Не хватало еще показать свою слабость.

— Ох, принцепс, откуда в твоей груди столько грусти? И одновременно радости.

— Я бросил ее там одну.

— Она больше не одна.

— Это хорошо.

Дева помолчала.

— И ты все равно хочешь ее увидеть?

Он кивнул.

Дева скользнула к дереву, где на белых ветвях, среди белых цветов, щебетали яркие птички.

— А как именно, принцепс? Разовое посещение? Короткий визит? Явишься ей во сне?

— Как предусмотрено правилами.

Он говорил официальным языком и чтобы подчеркнуть свое почтение, и — надеясь тронуть ее сердце.

Черные складки раздвинулись, и Дева поднесла сияющую руку к дереву. На ее палец тут же вспрыгнула птичка.

— Тебя бесчестно убили.

Она погладила крохотную птичью грудку.

— Тебя, благородного принцепса, служившего народу верой и правдой сотни лет, лишили возможности погибнуть с честью.

— Ваша похвала — самая высокая для меня награда.

— И кроме того… — Она посвистела пташке, и та залилась в ответ рассыпчатой трелью.