Игорь Соколов молчал, его пальцы медленно барабанили по столу. Десятилетиями они выстраивали эту систему. Картельные сговоры, контроль над поставщиками, монополия на лучшие кадры. Они были пауками, которые держали в своих лапах всю экономику региона, а потом появился этот… Воронов. И он не стал играть по их правилам. Он не стал плести интриги. Он просто пришел с огромным мешком денег и начал скупать все, до чего мог дотянуться, разрушая их паутину с безразличием урагана, сносящего карточный домик.
Они теряли деньги, ттеряли влияние. И, что самое отвратительное, они теряли контроль.
— Мы должны его остановить, — прошипел Тихоновец. — Объявить ему экономическую войну. Задушить его поставки, обрушить его репутацию!
— Поздно, — глухо произнес Соколов. — Он уже стал слишком большим. «Ворон Групп» стала градообразующим предприятием. Если мы его обрушим, мы можем обрушить весь регион. И ФСМБ этого не позволит.
Он поднял свой тяжелый взгляд на остальных."
"— Но я знаю одно — деньги имеют свойство заканчиваться.
Этот выскочка швыряется ими словно бумагой. Скоро его запас, который он отобрал у Мефистова иссякнет и тогда мы просто снова возьмем свое.
* * *«Эдем». В то же время.
Я стоял по колено в плодородной земле, которую приготовил для меня мой геомант, и лично высаживал саженец редкой черной орхидеи. Рядом порхала моя фея-ИИ, с любопытством заглядывая мне через плечо. Я наслаждался тишиной, запахом влажной почвы и ощущением созидания.
В этот момент идиллию нарушила Алина. Она почти вбежала в сад, ее глаза горели энтузиазмом, а в руках она сжимала планшет, на котором мелькали какие-то диаграммы.
— Господин! — начала она, не в силах сдержать восторг. — Вы не поверите! «Ворон Групп»… мы сделали это! Мы стали крупнейшей компанией в регионе! Наши логистические цепочки вытеснили конкурентов, мы наняли на работу уже больше тысячи человек, целый город ожил благодаря нашим заказам! Мы…
Я слушал ее вполуха, слегка раздраженный тем, что меня отвлекли от действительно важного дела.
Весь этот шум про «влияние» и «рост» был мне абсолютно неинтересен.
— Это хорошо, Алина, — прервал я ее восторженную тираду. — Проследи, чтобы этому цветку хватало питательных веществ.
Она на мгновение замерла, ее энтузиазм угас. Затем на ее лице появилась слабая, понимающая улыбка.
— Да, господин. Прослежу.
Она ушла, а я вернулся к своему занятию. Наконец-то.
