— И что ты мне хотел показать? — спросил я, обращаясь к Церби (все же мне было проще хотя бы мысленно к нему обращаться именно так — уж слишком я привык за эти года к этому имени).
— Просто пока наблюдай, – тихо ответил мне он. — Видов демонов великое множество и только в таких поселениях более-менее безопасно. По крайней мере не прямо посреди улицы, – отчего-то улыбнулся Церби. — Тебе же сейчас главное привыкнуть к их внешнему виду, чтобы не шарахаться в испуге от особо уродливых тварей. У нас только детишки порой пугаются, остальные уже привыкли к самым экзотичным видам.
Будто в подтверждение его слов, откуда-то сбоку выкатился какой-то шар с глазами и несколькими кривыми прорезями-ртами. Как будто этого было мало, так он еще был покрыт какой-то черной слизью, стекающей с него и оставляющей зловонный след. Я даже не стал спрашивать, что это такое, так как совсем не хотел этого знать, чтобы больше никогда такого не видеть. Действительно, довольно мерзко.
— Как-то я привык к другому, — признал я правоту слов Церби.
— Такие на призывы обычно и не откликаються. Их устраивает то, что они имеют здесь, — пояснил трехвостый. – Да и пользы от них немного, -- Церби неожиданно остановился и замотал своей мордой, всматриваясь в рядом находящиеся здания. – Пойдем закупимся провизией для тебя и заодно проверим, насколько твоя маскировка способна обмануть хоть кого-нибудь. В крайнем случае устроим заварушку и сбежим, – оскалился демонический волк. – В городе такое проделать будет куда проблематичнее.
Там и стража не чета этим серокожим, – презрительно закончил он."
"Мы направились к одному из зданий, которое на деле оказалось торговой лавкой, где продавали всякую всячину.
– Добро пожаловать в мою скромную лавку, – доброжелательно улыбнулся нам в три рта демон за прилавком. Причем звук исходил из среднего, находящегося на груди, когда два других на голове и животе просто растянулись в приветственной улыбке.
Сам демон мало чем по фигуре отличался от крупного человека с излишним весом, который нисколько этого не снялся и выставлял свое тело на общее обозрение.
По сути, у него был практически голый верх, если не считать закрытые тканью руки да шапки, что скрывала наличие или отсутствие волос на его голове, что в свою очередь акцентировало внимание на узком глазе, сейчас наблюдающем за нами.
В целом с ним вполне можно было говорить, не особо отвлекаясь на внешние особенности.
