Темный в моем сердце: Насмешка небес [СИ]

— Ревность не поможет, сразу говорю, — поспешил предупредить.

— Какая ревность? О чем вы? — укоризненно покачала она головой. — Вы должны показать, что любите ее. Что она для вас дороже всего на свете! А ревность только все усложнит! Поверьте! Надеюсь, вы не совершали ничего подобного? — внимательно посмотрела она на меня.

Мне вспомнился тот вечер в кинотеатре, когда я пришел на сеанс с рыжеволосой Ройей в надежде позлить Даяну…

— Вот это было точно зря, — недовольно произнесла Астлес, замечая мое выражение лица.

 — Ладно! Попробуем иначе, придется мне немного замарать свою репутацию, но что не сделаешь ради истинной любви, ведь так?

55. Хочу побыть одна

Даяна

— О-о-о… а этот цветок имеет очень интересную историю происхождения, — продолжал вещать мне Остис не замолкая. — Один парень влюбился в девушку из другого племени. В те времена было принято заключать браки только среди своих…

«Это не БЫЛО принято, — мысленно буркнула я. — Такое есть и по сей день!»

— … но их чувства были настолько сильны, что пара решила воспротивиться положенным устоям и правилам…

Мы неспешно брели по брусчатым тропинкам, вдыхая нежные ароматы цветов и цветущих кустарников.

Парк был настолько красивым, что мне казалось будто я попала в самую настоящую сказку. Из стороны в сторону летали пестрые бабочки, с крыльев которых сыпалась странная пыльца, создавая эффект волшебства. Встречные нам пары улыбались и о чем-то тихо перешептывались, видимо, проникаясь атмосферой столь чудесного места. Одна только я пребывала в унынии, чувствуя, что даже этот прекрасный сад не спасает от печальных мыслей и самоистязания.

— Они решили бежать, ведь их отцы не дали согласия на брак, — голос Остиса начинал раздражать. Если честно, то мне вообще было противно его присутствие, хотя мужчина и был красив, словно бог. — Парень и девушка неслись по лесу под покровом ночи, но их догнали… — Остис замолчал, смотря на меня.

— Что-то плохое дальше было, да? — поморщилась я, не желая слушать продолжение.

— Их казнили.

Двоих. Ведь по законам обоих племен непослушание старейшин каралось смертью. Тела молодых похоронили на кладбище племени, причем каждый на своем. Но на утро, когда матери умерших пришли к своим детям, то обнаружили именно эти цветы на могилах. С тех пор они и называются — lacrimis amoris, что в переводе означает ""слезы любви"".

— Печальная история, — вздохнула я.

— И далеко не факт, что настоящая, — улыбнулся Остис. — Но на мой взгляд очень даже романтично.