Что же касается твоей невесты… она всегда желанный гость на острове.
– Спасибо, князь.
– Ну, а ты, верный враг? Тоже спешишь?
– Пожалуй, сегодня сыну будет не до старика. Так что, с твоего позволения, останусь потолковать. А заодно не откажусь от стаканчика вашего местного вина.
– Даже не сомневался, – усмехнулся Гвидон и спросил что-то еще, но я уже не слышала, вместе с Костей поднимаясь вверх по ступенькам.
Он молчал, пока мы шли по коридорам. Молчал, когда ступали в переход. Не проронил ни слова, пока следовали по коридорам его терема.
И только войдя в свою спальню и осторожно поставив меня на ноги, произнес:
– Сейчас принесу поесть, а ты пока собирайся с мыслями.
– Какими?
– Со всеми. Я долго откладывал этот разговор, но теперь пришло время. Я хочу знать твою историю, душа моя. А еще жажду подробностей, зачем ты понадобилась Источнику.
– Хорошо, – покладисто кивнула я, а затем забыла, как дышать.
Меня поцеловали. Так сладко, что закружилась голова, а все мысли растворились, будто соль в воде.
Так неистово, что кровь мгновенно вскипела, заставляя медленно плавиться и просить пощады. Но вместо этого я ответила, с не меньшим жаром лаская мужчину, который стал для меня всем.
– Еда. Затем рассказ, – произнес Константин через некоторое время, словно самому себе напоминая, что нужно сделать. – Я скоро.
Снова коснувшись моих губ, на этот раз мимолетным касанием, он отстранился и вышел, оставляя наедине со своими мыслями. Вот только их не было. Была странная радость от того, что я вернулась.
Снова стала той беззаботной девушкой, для которой счастье состояло в тихой семейной жизни, рядом с дорогими людьми. Но все же что-то было иначе.
Опыт никуда не делся, и прожитые годы не прошли зря. Я стала сильнее. Не мудрее, но хитрее и искуснее. Именно на эти качества я надеялась в предстоящем деле, от которого Костя наверняка будет не в восторге.
Подойдя к окну, я выглянула на улицу и улыбнулась. Здесь, в царстве Кощеевом, весна полностью вступила в свои права, украсив мир сочной молодой зеленью.
В закатных сумерках слышались тихие трели птиц и журчание небольшого ручья. Так хорошо и спокойно. Жаль, что этот миг так скоротечен и совсем скоро все изменится…
– О чем задумалась, душа моя?
– О будущем, – честно ответила я и подошла к царевичу, чтобы помочь составить тарелки на столик. – Прости, что заставила волноваться. Я не хотела…
– Знаю. И ты прости, что не вытащил тебя сразу. Гвидон не пустил.
– Не вини его, Костя.
