Тень Миротворца

Позади МКАД, флегматичный таксист из славного Бишкека, мандраж по поводу возможного опоздания на рейс и сверлящая мозг запоздала мысль об аэроэкспрессе. Впереди забрезжил призрак Анталии. Заблаговременная онлайн-регистрация частично реабилитировала меня в глазах прекрасных носительниц моей фамилии, увозимых в края тёплого моря и дешёвых полотенец. И они, наконец, перестали ежеминутно шипеть и подзуживать отца, мужа, носильщика (прочее дописать).

Зона досмотра, к нашему удивлению, оказалась почти незагруженной.

Я с женой и дочерями распределился в два жиденьких параллельных потока. Ручная кладь и прочие, чрезвычайно необходимые каждой уважающей себя представительнице прекрасного пола во время четырёхчасового перелёта чартером, были равномерно разделены между всеми участниками вояжа. Оставалось лишь дождаться прохождения рамок.

И… О, счастье! Можно спокойно провести оставшийся до вылета час в удобном кресле терминала, ибо гений, придумавший дьюти фри, был поистине гениальным мужиком, в чём я ничуточки не сомневался.

Ибо подавляющее большинство ассортимента бутиков, лавочек и магазинчиков зоны могут тронуть исключительно женское сердце. Впрочем, ради справедливости, стоит сказать и о сравнительно недорогом ассортименте полок с алкогольной продукцией, манящем нашего брата, особенно в предвкушении дегустации сих даров Бахуса на анатолийской ривьере. Хотя почему-то чаще всего у этих полок я обычно сталкивался с представительницами прекрасного пола.

Но увы мне! Ещё четыре года назад организм мой взбунтовался и сказал: «Брэк!» любому алкогольному напитку. Причём сделал это довольно коварно и по-партизански. Сначала вина, ликёры и прочие коктейли при употреблении даже в мизерных количествах стали приводить к жесточайшим мигреням, затем позиции долго удерживала беленькая и горькие настойки. Предпоследним сдался коньяк. При этом целый год я мог выступать экспертом данного вида алкоголя.

Малейший признак контрафакта, даже неотличимый на запах, цвет и вкус, моя мигрень выявляла в два счёта. Последним сдалось пиво. Что было особенно грустно. Ибо уважение к этому напитку и ностальгию испытываю и по сей день.

Грустные мысли заставили меня глубоко задуматься, и я едва не пропустил своей очереди в тот самый прозрачный цилиндр, что зовётся рентген сканером.