Пришлось господину Мартейну всех их ужином угощать и вином и упрашивать остаться до утра. Замоталась я без тебя туды-сюды бегать. С кухни — на кухню!
— Значит, призрака никто так и не видел? — уточнила я.
— Жуй и не торопи меня, — сердито сказала Вера. — Я ещё до главного не добралась.
Я откусила пирожок, но волнение было сильнее голода.
— Неужели потом пришёл некромант?
Подруга уставилась на меня выпученными глазами:
— А ты откуда знаешь? Я думала, ты с обеда тут сидишь!
— Он должен был прийти, мне госпожа сказала.
— Да, чуть стало смеркаться, пришёл смотритель кладбища. Я слышала, как Мартейн распоряжался не впускать его, вот только он всё равно вошёл! Околдовал всех стражников и ворота сам открыл. Явился, значит, в гостиную и прямо так заявил с порога: «Ты знаешь, зачем я пришёл».
Моё сердце замерло. Я не знала, за кого переживала больше — за любимую хозяйку или её несчастного мужа. Если бы у меня было волшебство, способное всем им помочь, я бы ни секунды не раздумывала!
— По правде говоря, у меня душа в пятки ушла, — продолжала свой рассказ Вера.
— Думала, они схватятся не на жизнь, а на смерть. Я мало что поняла из их учёного разговора, но потом они вдвоём пошли к хозяйке в лабалаторию. И как только некромант коснулся двери — она сама собой открылась, вот так-то!
— А дальше-то что было? — позабыв о пирожке, спросила я.
— Ничего больше не знаю, — недовольно ответила она, стряхивая с фартука невидимые крошки. — Вилли отправил меня на кухню помогать, а потом распорядился отнести тебе еды.
Господин Фоули, говорит, не запрещал тебя кормить, значит, можно.
— Я очень рада, что ты пришла! — Я потянулась и приобняла Веру за плечи. — Спасибо тебе.
— Ну не помирать же тебе с голоду, в самом-то деле, — проворчала она. — Хотя никто понять не может, за что тебя сюда посадили. Что ты сделала такого страшного.
Я вздохнула. Вера и без того выглядела растерянной, мне не хотелось огорчать её ещё сильнее.
— Хозяйка попросила меня отнести письмо, и я исполнила, только и всего.
Господин Мартейн узнал об этом и рассердился. Это всё, что я могу сказать. Извини.
— А-а, письмо, — протянула подруга. — Вот видишь, всё, как я и говорила: все беды от писем и книжек! Лучше и вовсе не уметь читать!
Мы ещё немного посидели вместе, гадая, какая участь ждёт меня и что происходит сейчас во флигеле Адрианы. Вера напоила меня ягодным чаем и оставила на ночь корзинку.
— Как же ты будешь спать без кровати, без одеяла? — сокрушалась она, собираясь уходить.
