Тень победы

Немедленно после игры он стал генерал-полковником и получил новое назначение: с внутреннего военного округа, в составе которого полевых армий не было, его перевели командовать Прибалтийским особым военным округом, в котором было три армии. Только что Жуков бил Павлова и Кузнецова в Белоруссии и Прибалтике, и вот этого самого Павлова, Сталин оставляет командовать войсками в Белоруссии, а в Прибалтику правым соседом Павлову Сталин ставит такого же битого Кузнецова. С чего бы это?

В группе Павлова был командующий Забайкальским военным округом генерал-лейтенант И.

 С. Конев. В Забайкалье война пока не планировалась. Она планировалась в Европе. И вот сразу после игры Конева назначают командующим Северо-Кавказским округом на место Ф. И. Кузнецова с приказом тайно формировать 19-ю армию и готовить ее к переброске (опять же тайной) в район Черкасс. Казалось бы, Конев бит вместе с Павловым, так пусть он и возвращается в свое Забайкалье и там сидит, как сверчок за печкой, а на западных границах пусть командуют люди умные.

В группе Павлова был генерал-лейтенант авиации П. В. Рычагов. Немедленно после игры он был повышен в должности, стал заместителем наркома обороны СССР. Он взлетел выше самого Павлова. Если Рычагова Жуков позорно разбил и унизил на стратегической игре, зачем Рычагову такое повышение?

Ответ на все загадки только один: никто Павлова и его группу на той игре не разбил. В рассказы Жукова, видимо, вкрались неточности.

6.

Теперь обратим нашу обостренную пролетарскую бдительность на факты вопиющего нарушения законности.

Пока существовал Советский Союз, материалы стратегической игры были закрыты грифом «Совершенно Секретно». Поэтому все участники той игры унесли с собой ее тайны в иной мир. В мемуарах других участников глухо говорится: да, была такая игра, мы готовились к отражению агрессии. Но подробностей о том, как именно готовились, не ищите."

"А Жуков выболтал замысел игры и ее ход, тем самым он совершал преступление. Константин Симонов, слушал, записывал, публиковал рассказы Жукова.

В разглашении военной тайны он виноват в такой же степени, что и Жуков.

В момент, когда Жуков и Симонов творили свое черное дело, действовал Уголовный кодекс 1961 года. Для подобных деяний в нем содержался специальный раздел: Особо опасные государственные преступления. Раздел открывался статьей 64: Измена Родине. Среди прочих преступлений, которые квалифицировались как измена Родине, было и такое: разглашение государственной тайны.