Тень прошлого

Едва ли она на что-то сгодится. Посмотри, что принес я, Денбро, – и выудил из кармана куртки пакет с картинкой карикатурного лысого мужчины, который говорил: «АП-ЧХИ!» – а его щеки раздувались, как у Диззи Гиллеспи [157]. «ЧИХАТЕЛЬНЫЙ ПОРОШОК ДОКТОРА КУ-КУ» – гласила надпись на пакете. Ниже следовало: «ОБЧИХАТЬСЯ ВАМ».

Билл и Ричи переглянулись, а потом расхохотались, молотя друг друга по спине.

– Те-еперь м-мы го-отовы к-к-ко в-всему, – наконец заявил Билл, еще смеясь и вытирая глаза рукавом куртки.

– Твое лицо и мой зад, Заика Билл, – поддакнул Ричи.

– Я ду-умал, ч-что к-как р-раз на-аоборот, – покачал головой Билл. – А те-еперь слушай. Мы с-спрячем т-твой ве-елосипед в Пу-устоши. Т-там, г-где я в-всегда п-прячу Сильвера, когда мы играем. Т-ты по-оедешь на мо-оем, по-позади меня, на с-случай, е-если нам п-придется бы-ыстро с-сматываться.

Ричи кивнул, не испытывая желания поспорить. Его «роли» с колесами диаметром двадцать два дюйма (иногда он стукался коленками о рукоятки руля, если очень уж быстро крутил педали) выглядел сущим пигмеем рядом с сухопарым, похожим на портальный кран Сильвером.

Ричи знал, что Билл сильнее его, а Сильвер катит быстрее.

Они подошли к маленькому мосту, и Билл помог Ричи скатить под него велосипед. Потом они присели, и под шум время от времени проезжающих над их головами автомобилей Билл расстегнул куртку и достал отцовский пистолет.

– Б-будь че-ертовски о-осторожен, – предупредил Билл, передавая пистолет Ричи, после того как тот присвистнул, выразив восторг.

 – На та-аком пи-пистолете п-п-предохранителя нет.

– Он заряжен? – спросил Ричи, с благоговейным трепетом. Этот пистолет – «ССПК Вальтер», который Зак Денбро привез из оккупационной зоны Германии, – показался ему невероятно тяжелым.

– Е-еще нет. – Билл похлопал по карману. – Па-атроны у ме-еня з-здесь. Но мой о-отец го-оворит, ч-что и-иногда ты п-проверяешь, а по-отом, е-если пи-истолет ду-умает, ч-что ты по-отерял б-бдительность, он за-аряжается с-сам.

И то-огда он мо-ожет те-тебя за-астрелить. – Билл говорил все это со странной улыбкой, которая означала следующее: вообще-то он в подобные глупости не верит, но в эту верит на все сто процентов.

Ричи его понимал. Чувствовалась в этой штуковине затаившаяся смерть. Ничего похожего он не ощущал ни в отцовском пистолете двадцать второго калибра, ни в карабине.30-.