Тень за моей спиной

Возможно, что-то мог разъяснить Саша, что-то родные, только как поверить и принять всё это? Да и зверь ли я?

Мне очень хотелось позвонить маме и поинтересоваться насчёт мира оборотней, но в голове рисовался совершенно чудный диалог:

— Привет, мам! Скажи, я рысь?

— Женька, с тобой всё в порядке? Ты не заболела? Температура, жар?

А дальше уже виделся пересказ нашего разговора бабуле и ту с сердечным приступом увозят в больницу. Конечно это так, предположения, вызванные моей буйной фантазией. Но ведь Сашина рука реально стала лапой, до которой я разве что не дотронулась.

Я в здравом уме и в твёрдой памяти, однако, думаю о каких-то запредельных вещах, которые ну никак не укладываются у меня в голове. И ведь всё это не сказка, своим глазам и словам Эрскина точно доверяю.

Близилась полночь, а сон всё не шёл. И теперь мысли перешли на Сашку. Эта показательная демонстрация его способностей просто выбила меня из колеи. Признаюсь, подобная правда меня испугала, хотя мужчина и уверял, что мне его бояться нечего.

Но как быть, если сейчас в спальне лежит не мой любимый, а тот, кто смешался вместе с ним. Хотя если Морозов-Эрскин утверждает, что он таким родился, значит, я всегда любила именно его, этого оборотня? А ещё в книгах пишут про пары, да и сам Сашка утверждал, что я его половинка. Но ведь простой человек не может быть чьим-то продолжением, если только себе подобным. Однако не согласна с утверждением, что я рысь.

Запуталась, окончательно запуталась.

Отложила все бумаги, залезла под одеяло и замерла, надеясь, что сон всё-таки посетит меня раньше, чем успею досчитать до тысячи.

Один, два, три…

Как быть с этими откровенными записями и той странной аномалией, которую сегодня продемонстрировал мне Саша.

Четыре, пять, шесть…

Неужели мои родные были в курсе всей этой чехарды, особенно дедушка? Он ведь историк, должен знать о роде Аркур, ведущем своё существование от строптивого скандинавского воина Бернара Датчанина.

Семь, восемь, девять…

Моя голова была полна кучей непонятных сведений, от которых хотелось укрыться, спрятаться куда подальше, чтобы чувствовать себя обычным человеком.

Чтобы забыть и никогда не знать о том, что кроме людей на Земле существуют и подобные им нелюди.

Десять, одиннадцать двенадцать…

Я могла не поверить ему, если бы не видела всё своими глазами…

В этот момент моя память подкинула усталое лицо любимого лорда, и почему-то вдруг стало стыдно.