Тень за троном

Как это ни печально, но бывает, и Софья это понимала. Только вот виноватой себя чувствовать не переставала.

– Катя. Задурили девчонке голову, вот она и хотела замуж выйти за Петрушу Львова.

– Да так, среднего полета. Это все матвеевские последыши, чтоб ты знал. Щуку съели, да зубы остались, – Софья странно усмехнулась.

– И сейчас остались?

– Сейчас выбиты, да ведь время штука такая… Пройдет – новые щурята народятся.

– Вот и ладненько. Не будет щук – уху сварить не из чего будет, – здраво рассудил Алексей.

– Осваивают Сибирь. Кто жив остался.

– В Сибирь больше никого ссылать не будем.

– Согласна. Финляндия, Рига, Ревель…

– Именно. Туда и поедут.

И не зря. Для шведов сейчас любой, кто русский, – враг. А любишь ты царя или нет – их вообще не интересует. Главное – русский. Там-то все бунтовщики мигом научатся родину любить.

– Не кори себя за Катю. Ведь не она целью была – ты. Сама чудом убереглась, – тихо произнес Ваня, обхватывая жену за плечи.

Софья откинула голову и улыбнулась.

– А что у меня за невеста? – перевел разговор Алексей, видя, что на лице Софьи опять собираются облачка. – Ты с ней уже разговаривала, оценить успела – что она собой представляет?

– Очень порядочная девочка, даже удивительно, что принцесса, – Софья ехидно улыбнулась. – Я уж думала, таких сейчас не водится. Добрая, умненькая, но очень… тонкокожая. Так что поосторожнее с ней. Там, где я и головы не поверну, она долго от раны оправляться будет.

– Оранжерейный цветок?

– Да, можно и так сказать. Не обижай ее, ладно? Она этого не заслуживает.

– И цветник свой временно придержи. Пусть не пахнут слишком сильно… Ты понимаешь?

Алексей Алексеевич кивнул. И задал другой вопрос:

– Две свадьбы вместе? Не рано ли для китаянки?

Софья передернула плечами:

– Я бы и вообще ее домой отослала, но ведь не получится! Ты не представляешь, как эта зараза влезла Федьке в душу!

– Более чем… – Софья помолчала несколько минут и решилась: – Алеша, если бы случилось так, что ты… не вернулся… мне пришлось бы или срочно женить Федьку на другой, или травить его.

К чести Алексея, мысль, что Софье нужна власть и только, а У Шан она попросту приревновала к этой субстанции, он даже не отметал. Она просто не возникла. Сколько уж за эти годы он убеждался, что Соне власть нужна лишь как инструмент. На его благо, на благо Руси.