Тень змея

– Добро пожаловать на шоу, детишки, – ухмыльнулся Сатни.

Посреди зала на массивном постаменте в форме саркофага высилась статуя быка Аписа в натуральную величину. Она была изваяна из какого-то черного камня вроде базальта, но была так искусно раскрашена, что казалась живой. Глаза быка как будто следили за каждым моим движением. Блестящая шкура быка была безупречно-черной за исключением белого ромбовидного пятна на груди, а его спину покрывала золотая попона с вышитыми на ней крыльями. Между рогами быка помещалось нечто вроде золотой тарелки – символ солнечного диска, а чуть ниже, прямо на лбу, красовалась застывшая в угрожающей стойке кобра.

Сатни, впрочем, отнюдь не выглядел встревоженным. Направившись прямо к каменному быку, он любовно потрепал его по массивной ноге.

– Усыпальница Аписа! – сообщил он с гордостью. – Я построил ее специально для себя и моих избранных жрецов. Ну а теперь нам остается только ждать.

– Ждать чего? – осведомилась Зия, со свойственным ей благоразумием притормозив у входа и потянув за собой меня.

Сатни приподнял запястье, словно сверяясь с невидимыми часами.

– О, это недолго. Своего рода таймер, если угодно. Ну же, входите! Располагайтесь.

Я неуверенно ступил внутрь, в душе ожидая, что дверной проем у меня за спиной тут же исчезнет, но он так и оставался открытым.

– Ты уверен, что книга все еще здесь?

– О, да, – отозвался Сатни, медленно обходя вокруг изваяния и внимательно осматривая постамент. – Нужно только вспомнить, под какой из этих панелей находится тайник.

– Твой папаша, – повторила Зия, становясь рядом со мной и беря меня за руку, против чего я ни капли не возражал. Золотое ожерелье со скарабеем ярко сияло на ее шее. – Ты говоришь о Рамсесе Великом?

Сатни скривил губы в злобной усмешке.

– Ага, так его рекламировали его же собственные лизоблюды по связам с общественностью. Лично я всегда называл его просто Рамсес Второй.

– Рамсес? – поразился я. – Так твой отец – тот самый Рамсес?

Сейди говорит, что наше с Сатни семейное сходство сразу бросается в глаза. (Знаешь, Сейди, лучше заткнись.)

Полагаю, Сатни мое искреннее изумление отчасти задело. Он тут же вызывающе задрал свой ястребиный нос и заявил:

– Уж ты-то должен хорошо понимать, Картер Кейн, каково это – расти в тени знаменитого отца. Все время приходится соответствовать, быть достойным.