Тень змея

Сегодня ее комбинезон был сплошь черным, под цвет ее волос. В ярких кошачьих глазах плясали красные огоньки – отражение пылающих волн.

– Вас там ждут, – сказала она, указывая на лестницу, ведущую к Дому Покоя. – Поговорим, когда вернетесь.

Мне не нужно было спрашивать, почему она не идет с нами. Голос ее звучал меланхолично, даже немного уныло. Ясно же, что из-за Беса они с Таурт никогда не смогут поладить. Очевидно, Баст не хотела мешать богине-гиппопотамихе. А еще я невольно задумалась – уж не начала ли моя старая подруга понимать, какого классного парня упустила.

Я поцеловала ее в щеку, и мы с Картером потопали по ступенькам наверх.

В пансионате для престарелых богов царила самая праздничная атмосфера. Стойку медсестринского поста украшали свежие цветы. Хекет, богиня лягушек, лазала вниз головой по потолку, развешивая яркие гирлянды, а кучка стариков с собачьими головами отплясывала и с подвыванием распевала хоки-поки – правда, в замедленном ритме, но все равно очень мило. Старушка Мехит покачивалась в медленном танце в паре с высоким пожилым богом, положив львиную голову ему на плечо и громко мурлыча.

– Картер, погляди, – шепнула я. – Это… кто?

– Онурис! – радостно сообщила Таурт, проворно подбегая к нам в своем обычном халатике и шапочке. – Муж Мехит! Разве не здорово? Мы были уверены, что он уже давным-давно угас, но когда Бес стал созывать богов на войну, Онурис тоже приковылял. Оказывается, все это время он провел в одной из здешних кладовок. И еще много кто появился, про кого мы уже и не вспоминали.

Гиппопотамиха восторженно обняла нас с Картером, едва не сломав нам ребра.

– Ах, мои милые! Только посмотрите, до чего все счастливы! Вы снова вернули их к жизни.

– А мне казалось, раньше их было больше, – заметил Картер.

– Некоторые вернулись на небеса, – сказала Таурт. – Или решили отправиться в свои старые дворцы и храмы. Ну и, разумеется, ваш добрый отец, владыка Осирис, забрал всех богов правосудия обратно в Зал Суда.

При виде того, как веселятся старые боги, на душе у меня потеплело, но тревога все же не отпускала меня до конца.

– А они такими и останутся? В смысле, они не впадут обратно в беспамятство?

Таурт развела толстыми руками:

– А это уж от вас, смертных, зависит. Если вы будете вспоминать их и дадите им почувствовать собственную значимость, они будут в полном порядке.