Тени чёрного пламени

Последних отличали не обмятые туристские шмотки, яркие спортивные рюкзаки и беспечные, чистые лица. Скоро румянец схлынет, блеск в глазах из здорового превратится в лихорадочный, а порой вызванный выпивкой или наркотой. Одежда потускнеет, кожа приобретет мертвенно-пепельный оттенок, а разговоры перейдут на хабар и воспоминания, кто, когда и как сгинул. Ну и самих лиц точно станет ровно вдвое меньше, кто-то из этих молодцев пришел сюда в первый и последний раз.

Все эти мысли пронеслись в сознании, пока я шел к угловому столику, за которым в одиночестве поглощал жареную картошку Серый.

Глава ополчения запивал дымящуюся золотисто-коричневую массу томатным соком, который он с аппетитом прихлебывал из обычного граненого стакана. Увидев меня, он воздел свободную руку в приветствии, указывая освободившейся от снеди вилкой на стул напротив. Глаза наставника молодежи светились дружелюбием, похоже, он действительно рад меня видеть. Мы крепко пожали руки, я заказал мгновенно подскочившему к столу молодому парню бокал темного пива и пакетик соленых сухариков. Из деликатности, а может быть, потому, что сам был голоден, Серый дождался, пока мне принесут заказ. Сделав первый длинный глоток из основательной глиняной кружки, я с наслаждением навалился на столешницу. Пиво оказалось в меру густым, горечь приятно освежала, а хмельная волна мягко окутала сознание теплой волной. Бросив в рот горсть сухарей, я вопросительно посмотрел на Серого. Тот отставил тарелку в сторону и, прикончив сок, начал сразу о деле, что не удивительно. Суета в деревне стоит нешуточная, бой вышел масштабный.

– Ты имеешь отношение к стрельбе сегодня под утро?

Врать старожилу не имеет смысла, однако и всей правды я говорить не обязан. Лишние знания могут стать проблемой прежде всего для него самого. Пусть тот, кто будет спрашивать ополченца о содержании беседы, утрется.

– Нет, но видел, кто это сделал. У нас в пути случилась встреча с какой-то летающей тварью, так что я с караваном разминулся.

Девушка прибилась чуть позже, она… вроде как дальняя родственница.

– Нет, это племянница Лесника. Ксения из беженцев, шла на Кордон за припасами.

Я изобразил улыбку и успокаивающе провел ладонью над краем стола. Не хватало мне еще одного непрошеного разговора по душам!

– Все ровно, начальник. Ты у нас власть. Спрашивать, это часть работы. Дальше слушать будешь?

Серый кивнул, попутно заказав еще стакан сока и пару бутербродов с копченой рыбой.