Тени чёрного пламени

Придирчиво осмотрев вход на площадку второго этажа, я прислонил пулемет к стенке, а сам осмотрел все квартиры, чьи двери выходили сюда. Первые предположения подтвердились полностью. Этаж превращен в опорный пункт наблюдения, и довольно грамотно. Смежные стены аккуратно разобраны, проемы окон заложены мешками с набранным тут же щебнем. В северной части получившегося помещения пустой лежак и закрытый от обзора пятачок с остывшей сейчас печкой-буржуйкой. Недалеко стояла стопка закопченных котелков и четыре десятилитровые канистры с водой.

Все поставлено недавно, одна из канистр на четверть пуста. Сняв перчатку, я приоткрыл дверцу печи и поворошил прогоревшие до золы угли. Едва теплые, погасли не далее чем пару часов назад. Затащив пулемет в комнату, чьи окна выходили точно в сторону ворот, я снова вышел и попытался подняться на этаж выше. Но ничего не получилось: площадку завалило очень плотно, и пролезть наверх не представлялось возможным.

Поставив три собственные растяжки таким образом, чтобы перекрыть все возможные подходы к выбранной позиции, я отжал тангенту рации на передачу и вызвал репликанта:

Девушка откликнулась почти мгновенно, в голосе ее слышались нотки облегчения, хотя это вполне могло мне и показаться:

– Все тихо, как у тебя?

– Пока не знаю, но выбора все равно нет.

Поднимайся на второй этаж, следи за вешками, что я оставил, там старые растяжки… будь внимательна.

Чувство опасности, возникшее недавно, резкими пульсирующими волнами накатывало время от времени, мешая полностью сосредоточиться на наблюдении.

Расстояние приличное, но позиция действительно отменная: дорога и сложенное из бетонных блоков заграждение видны как на ладони. Внутренний двор, небольшая площадка перед трехэтажным зданием электростанции тоже просматриваются вполне отчетливо. Жаль только, что патронов к пулемету всего сорок штук. На заставе был целый ящик, но тогда пришлось бы жертвовать скоростью. Придется тщательнее выбирать цель, благо стрелять из «крупняка» – это навык из разряда тех, которые вспоминаешь сразу, как только берешь подходящий инструмент в руки. Сзади послышался легкий шорох, я мгновенно откатился прочь от окна в угол и навел ствол на дверной проем.

Оттуда медленно показалась рука с винтовкой, а потом послышался тихий шепот:

– Не стреляй, Ступающий.

Облегчение, смешанное с досадой на невнимательность репликанта, мгновенно выплеснулись наружу.