Тени чёрного пламени

Под рогожной стружкой лежали обычные патронные «цинки» совершенно стандартного вида. Вскрыв один наугад, я вынул обычный с виду патрон и тут же понял, что ошибся. Пуля, плотно обжатая пояском с алым ободом, была не совсем обычной. Рубашка ее серебрилась неспокойным, ртутным блеском. Но на ощупь поверхность была совершенно твердой и… теплой.

Положив необычный патрон обратно в короб, я спросил у Алхимика:

– Что это за металл?

Тот лишь неопределенно пожал плечами, во всем облике Сажи сквозила нервозность.

Скорее всего, он уже пожалел, что выкатил тележку из закрытой части арсенала.

– Не имеет значения. Патроны не повредят вашего оружия, а пули имеют свойство пробивать композитную броню. Пороховая смесь идентична той, что используется у вас, опасности нет.

И снова я вынужден был, стиснув зубы, помотать головой. Ах как не вовремя открылись эти возможности, как сейчас недостает времени на подготовку!

Выдохнув сквозь зубы, я с сожалением закрыл крышку ящика и сказал:

– Сажа, я ценю твою помощь и еще больше ценю то, что ты сейчас сделал…

– Воевать я буду только с тем, что знаю.

Может быть, мощность не та, однако стрелять незнакомыми патронами не стану, да и ребятам точно такого не прикажу.

Алхимик чуть помедлил с ответом. Плечи его вдруг обреченно опустились. Воздух загудел от роя мыслеимпульсов, чья общая тональность была сожалеющей.

Тихо, своим обычным голосом Сажа произнес:

– Мы… понимаем. Вас проводят в комнату отдыха.

Постарайтесь отдохнуть, до отправления монорельса всего час и десять минут.

Превозмогая вдруг нахлынувшее чувство досады на обстоятельства, которые складываются именно так, а не иначе, я возразил:

– Думаешь, что мне нравится вести в бой людей вот так, лишая их шанса на возможное преимущество?! Неделя… мне нужно было еще семь дней!

Снова меня окутало эхо далеких голосов. Казалось, что с Сажей одновременно говорят сотни людей и не только. Иногда сознание царапали мысли совершенно чуждые, совсем не похожие на человеческие.

Возникший неожиданно ветер чужих эмоций и туманных образов так же быстро угас. Запустив шестипалую руку в карман, Сажа выудил на свет небольшой овальный предмет, более всего напомнивший мне темную, почти черную каплю застывшей смолы. Доцент протянул предмет мне так решительно, что пришлось взять янтарную каплю. Ничего не случилось, а сам предмет оказался удивительно легким и почти неосязаемым.