Тени чёрного пламени

Они с братьями опять открыли лавку. Кепка им сдал часть подвала, как они и просили. Много артефактов снял с немчуры?

– Шесть предметов, почти все незнакомые, по каталогам не проходят, я сразу же посмотрел. Хочешь, чтобы Сажа определил, откуда они, которые из них природные, а какие самопал?

Мысль была дельная, плюс я понял, как уладить шероховатость с Кудряшом, не проводя душеспасительных бесед. Наскоро закончив есть, я поднялся на второй этаж, отданный под казарму и штаб. Тут артельщики собирались перед рейдом, планировали операции и проверяли снаряжение.

Я открыл окованный железом шкаф, где хранились в специальных контейнерах артефакты отряда и те, что были приготовлены для продажи. На нижней полке, в самом дальнем углу лежал контейнер, в который я поместил артефакты из пояса Зана, человека, который когда-то спас мне жизнь, а недавно хотел зарубить. Еще тогда, у лагеря моджахедов, было чувство, что если наша следующая встреча и произойдет, то только один из нас переживет ее. Пустой пояс Буревестника лежал на крышке контейнера, свернувшись, словно притаившаяся в засаде гюрза. Недолго думая, я положил его в тот же контейнер, подальше от посторонних глаз. «Свободные» уже наверняка ищут пропавший караван, скорее всего, нашли следы стоянки в деревне, но и только. От трупов и оружия нам помогли избавиться огневки, а следы боя наверняка прикрыл разгоревшийся в селении пожар. Относительно сухая погода дала огню много пищи, от поселка остались одни угольки. Так что теперь хохлы напрягают агентуру, расспрашивают вольняг и перекупщиков.

Взяв контейнер, я спустился вниз, попутно кивнув Кудряшу на выход:

– Пошли со мной, вдруг эти побрякушки окажутся чем-то ценным? У многих тут нюх на бешеные бабки, а патруль не всегда успеет вовремя.

Тот не без интереса кивнул, поднялся и вышел следом, машинально проверяя пистолет в набедренной кобуре и любимый нож, хитро скрытый в складках шва штанины на ляжке слева. Я экипировался так же, но только свой клинок прятал в левом рукаве, что обусловлено двумя отработанными связками ударов, они у каждого бойца собственные, сочиненные им самим.

Снаружи было еще темно, накрапывал легкий дождик, и мы пошли к скупо освещенной вывеске «Приюта старателя» почти в полной темноте. Пока шли, я коротко рассказал о том, как в свое время мы ходили выручать Алхимика Сажу, и именно эта работа свела нас с Буревестником. О давней истории, связывавшей нас, я промолчал, это теперь только между мной и мертвецом, это только наше.