Добровольной помощи от местных правоохранительных органов не дождешься. Кэп убедился в этом в прошлый раз. Принудительную выбить не удастся, поскольку девушка – не китиарка. Корабль Марсо был оборудован под завязку. Но так как у Кайсы, банально, отсутствовали какие-либо геолокационные приборы, вся эта техника превращалась в бесполезную груду металлолома. Оставались психологические методы проверки подозреваемых или физические. Вторые – более действенные, но если они с Себом ошибутся в фигуранте, неминуем межгалактический скандал.
У Китиары полно явных и скрытых врагов, которые ухватятся за любую возможность и раздуют скандал до размеров Вселенной. Поэтому права не ошибку у Тайни нет. Именно ей предстояло вычислить преступника. Если он вообще есть среди тех, кого подозревал Себастьян.
Была еще одна возможность – пойти по пути Кайсы. То есть сыграть «подсадную утку», надеясь, что неведомые похитители и ее попытаются похитить. Теперь, когда был известен механизм похищения, это было относительно безопасно. Но проблема была даже не в опасности.
Для того чтобы сыграть какую-то состояние, нужно хотя бы раз в жизни его испытывать. Роул никогда в жизни не чувствовала себя «бледной молью». Она даже одинокой себя никогда не чувствовала. Сначала были семья. Потом – Майер. Потом – временные увлечения. Теперь – Коллингейм со своим ощущением безопасности и спокойствия, пусть и недоступный. Но «бледной молью» – никогда. Ее с детства учили бороться и добиваться своих целей. Учили быть первой. Самое близкое, что Тайни могла выдать за «бледномольное» состояние, были растерянность и бессилие, которое ей довелось испытать на Атоване во время поисков брата.
Но переживать заново не хотелось категорически. Роул решила просто чуть притушить внутренний огонек, вести себя тихо и познакомиться с подозреваемыми.
Запрос на фигурантов она сделала еще на Атоване. Первым прилетел ответ по девушке-косметологу, Саманте Локсби. Ни один из ее престижных дипломов не подтвердился. Конечно, это не было гарантией того, что девушка – преступница.
Каждый выживает, как умеет. И попасть к ней оказалось несложно. Роул записалась к ней на свободное время. Как убеждала ее администратор – последнее «окошко» в расписании, только вчера клиента завершила курс, но это ни о чем не говорило. В реальности расписание Локсби могло быть усыпано такими «окошками», как швейцарский сыр – дырами. Саманта оказалась неглупой и патологически оптимистичной. Ее единственным больным местом оказались мужчины.
