Тени исчезают в Раю

Роул взбежала на ограждение галереи и, оценив диспозицию, спрыгнула на диванчик.

– Джиннийя! – произнес потрясенный сообщник портье. Но уже в следующий момент заорал во всю глотку. И это был не комплимент в адрес китиарки.

Бежать в ливень в одном белье – плохая идея. Но другой не было. Тай рванула к входной двери. Но в том же направлении двигались двое мужчин по лестницам, которые, по нелепому стечению обстоятельств, находились недалеко от выхода из дома. Прикинув свои возможности, дождавшись, когда мужчины практически спустятся, она перескочила через перила и прыжком преодолела ограждение с другой стороны.

Аборигены тоже не стояли без дела. Видимо, драться с женщиной их религия не запрещала. Один из спустившихся перекрыл дорогу, но Тайни чисто по-бабски засандалила ему между ног и ребром ладони ударила согнувшегося мужчину в район почек. Противник оказался на время выведен из строя. Но Роул потеряла столь важный темп. Второй противник был в зоне достижимости, и китиарка еле успела увернуться от кулака, летящего в лицо. Драться босиком было то еще удовольствие, но она врезала боковой удар с ноги. К сожалению, мужик тоже был не промах помахаться и, явно выругавшись на родном языке, он бросился в атаку. Роул вновь ускользнула от удара, и в этот момент дверь открылась и в нее вошел мокрый насквозь Вальтер.

– Слава богу, Чет, – облегченно выдохнула Роул, уходя от очередной атаки аборигена.

Но пропуская другой удар – со спины по голове. Что заставило ее увидеть в сёрфере защитника? Знакомство с Коллингеймом.

Это была последняя мысль, которая промелькнула у Роул прежде, чем она отключилась.

Когда пришла в себя снова, она опять лежала на кровати. Только теперь на ней не было пижамы. И она была привязана.

Что ж, она явно поторопилась, утверждая, что всё самое плохое уже случилось. Поправочка: всё самое плохое у нее впереди.

– Очнулась? – раздался сбоку голос сёрфера.

Роул осторожно повернула голову, ожидая боли. Нет, голова не болела.

Видимо, ей вкололи анестетик. Правда, пока не понятно, хороший это знак или плохой.

Она была в номере. Это, несомненно, был номер отеля. Правда, уровнем ниже того, в котором жила она. Но она была в курортной зоне. Правда, связанной на растяжку. Но не вечно же ее так будут держать?

– Чет? – она вложила в голос как можно больше удивления.

Инструктор был одет в мягкие домашние штаны. Торс был обнажен. Совершенное тело. И такой ублюдок.