Тени исчезают в Раю

Отчего ж не пройтись?

Алекс встал с гамака и накинул на плечи легкий халат – полуденное солнышко припекало и грозило ожогами его не до конца привыкшему к лучам телу.

Рядом с этой глыбой мышц Коллингейм чувствовал себя хилым недоросликом. Как и все дети Китиары, Себастьян обладал совершенной внешностью. Большие темные глаза, прямой нос, волевой подбородок. Китиарский капитан ассоциировался у детектива с беспощадными воинами Древней Геи, которые разъезжали на скакунах и сражались на мечах. Языческие образы всплывали в памяти еще и благодаря татуировке, покрывавшей половину его спины и заходившей на лысый череп.

Татуировка была данью второй родине Себа – он был полукровкой, принявшим гражданство Китиары.

– Как тебе тут? – заговорил кэп, когда бокалы опустели. Услужливый абориген, пробегавший мимо, принял их на разнос.

Как и все местные, разносчик напитков был одет в свободную белую рубаху до самых пят, белые перчатки и хитро повязанный платок на голове. Расцветка головного убора – единственное, чем обслуга отличалась друг от друга.

Алексу казалось, что все местные были братьями – худощавые тела, лица с однотипными чертами, темные глаза, черные усы и борода. Будто коллеги Роул-старшей клепали их на конвейере.

– Отпуск – это всегда хорошо, – ответил Коллингейм, окидывая оценивающим взглядом людей, расположившихся на широкой полосе мелкого золотистого песка.

Опыт знакомства Алекса с пляжами был не велик. Во времена службы ему приходилось бывать на планетах с не столь агрессивным солнцем, как его родное светило.

И если получалось, Коллингейм не упускал возможности искупаться в местных водоемах. Так вот, здесь были идеальные пляжи. А отдыхающие… Отдыхающие – люди, как везде. Было и на что посмотреть, и от чего скривиться. На пляже душевные достоинства теряются за физическими недостатками. Поэтому, чтобы не лишать себя шансов на приятное вечернее времяпрепровождение, он перевел взгляд на своего спутника.

– Особенно хорош отпуск там, где до тебя не может дотянуться начальство, – закончил Коллингейм свою мысль.

 – Слушай, а где тут можно познакомиться с аборигенками? – переключился он на другую, о предстоящем вечере.

– Местные почкуются, что ли? – не понял Алекс.

– Нет, женщины Парадиза живут в глубине континента. Здесь принято, чтобы мужчина работал, а женщина занималась домом, детьми…

– Культура махрового патриархата, короче, – осознал Коллингейм.

– Вроде того, – кивнул Себастьян и умолк. Молчание было какое-то… напряженное.