Тени исчезают в Раю

И Тай – моя девушка, и она обратилась ко мне за помощью. Вот такая запутанная история вышла. А теперь, пожалуйста, расскажи, где искать этого твоего «шайтанна».

– Шайтанн не мой. Он ваш, – хмыкнул Махмед. – Из ваших.

– Из каких «ваших»? – не понял Алекс.

– Из гавуров, – скривилась абориген.

Коллингейм вспомнил фингал у аборигена во дворе.

– Подожди, – дошло до детектива. – То есть приперся какой-то хрен с горы, начистил вам морды, а вы даже никаких мер не предприняли, чтобы защитить девушек?

– Это не он. – Абориген отвел взгляд.

 – Это она.

– Тайюшка? А-а-а. Она может. Морду начистить. Так вы додумались – своровать китиарку!

– Это не мы, – тяжело вздохнул Махмед. – Это он.

У Алекса возникло желание врезать чернявому даже несмотря на его выбитое плечо.

Махмед дернулся, словно от пощечины.

– Он угрожал! Он… вы знаете, что он может?..

– Оставить вас без «чистенькой» работы?! – Коллингейм вскочил. – О, да! Это гораздо серьезнее, чем жизнь женщины!

– При чем тут работа?! – Махмед дернулся сесть, но плечо снова дало о себе знать.

 – Он обещал здесь всё уничтожить, если мы не сделаем то, что он требует!

– Он что, джинн, блин?!

– Он шайтанн, – выплюнул абориген, словно говорил о мерзком насекомом. – И у него есть оружие.

– Как я могу его найти?

– На пляже. У него еще воздушный змей рядом с палаткой висит. Белый с синим сёрфером.

Руки Алекса опустились.

– Чет? – спросил он.

И в этот момент внизу послышался звон разбитого стекла.

Следом раздался знакомый женский визг. В два шага Коллингейм оказался у перил и повторил прыжок.

Себастьян стоял почти в центре зала в стойке и крутил головой. Кайса стояла у него за спиной. Лола сидела на коленях возле раненого аборигена. Неподалеку, свернувшись клубочком, визжала «Ещё», всё также укутанная с ног до головы. По периметру помещения, у разбитых окон стояли профессиональные бойцы, в броне, шлемах и с автоматами-бластерами.

– Девушки, медленно ложитесь на пол, – как можно спокойнее произнес Алекс, заходя за спину Себу и на всякий случай, тоже медленно, вынимая оружие.

Толку от него против такого противника – чисто, чтобы не безоружным умирать.

Лола послушалась и легла возле диванчика, прикрыв голову руками. Молодец, девочка. Нечто в платке рухнула, свернувшись в позу эмбриона. И заткнулась. Дышать стало легче.

– Кайса, пожалуйста, тоже, – попросил китиарец свою валькирию, которая даже не шевельнулась. – Ты нам не поможешь.

Блондинка сделала несколько шагов и улеглась рядом с раненым аборигеном.