Тени исчезают в Раю

 – Позволили рассказать про аборигенов и прокомментировать сегодняшние задержки вылетов. Приходи. В семь, – предваряя возражения, он продолжил: – Тайни сейчас нужно отоспаться. Антидоты через полчаса-час дадут откат. Ее вырубит часов на десять.

– Хорошо. Я постараюсь, – ответил Коллингейм. Он не стал говорить, что предпочел бы посидеть рядом с Роул. Чтобы точно знать, что с ней всё в порядке, и она просто спит.

Китиарка вышла из санблока в простом цветастом платье в пол с длинными рукавами. Почти как те, в которых ходили девушки у аборигенов.

В дверь снова позвонили. Себ пожал плечами. Тайни послушно отступила в санблок. В глазок было видно подчиненного Мисимы – судя по характерным чертам лица. Китиарец вынул оружие, бесшумно подошел ко входу и прижался к стене сбоку от двери.

– Помощь нужна, мистер Алекзандер? – спросил триадовец.

– Ремонт двери, – детектив указал на вмятину, – за счет убитого урода. Должны же у него быть сбережения на черный день?

– Я передам, – кивнул посетитель. – Еще?

Коллингейм помотал головой.

– Аэрокар не нужен? – уточнил чайниз.

Алекс снова помотал головой.

– Хорошо, – кивнул узкоглазый. – Тогда я забираю. Девушка?

Судя по всему, беспокойство о похищенной Тайни стояло на втором месте после одолженного аэрокара.

– Жива, – вышел из-за укрытия Марсо, предварительно спрятав оружие сзади за пояс.

Ну, да. У китиарцев пунктик по поводу скандалов на сексуальной почве. К тому же здесь, на Парадизе, где полиция нужна только для того, что форму носить, это еще и бесполезно.

Чайниз кивнул и умчался по своим важным делам.

Из-за закрытой двери санблока послышался звук льющейся воды, а потом оттуда вышла Тайни. Лицо было равномерно розовым после умывания. Нос и глаза были припухшими от слез, но теперь это не так бросалось в глаза.

– Мне некуда идти, – сказала она Себу.

– Тай, ничего не нужно. Пошли ко мне. Я не… – Алекс хотел сказать, что он не будет приставать, и вообще навязываться. И даже спать может на коврике у кровати.

Но тут вмешался Себастьян:

– Я уже договорился. В нашем отеле, – он назвал номер и продолжил, обращаясь к Коллингейму: – Ей нужно иметь возможность побыть одной.

Вроде, и не запретил близкие контакты третьего рода, но и не одобрил. С другой стороны, конечно, он прав.