Онлайн-библиотека книг
– Ну что ж, раз власть советская требует, мы, люди мастеровые, всегда пожалуйста.
– Хорошо иметь дело с сознательным товарищем, – он хлопнул Веденяпина по плечу, потом достал из своего необъятного портфеля папку с тесемочками. – Держите, здесь все документы: лицензия, договор аренды, квитанция об уплате аренды и налога. Ну что ж, товарищ владелец, оставайтесь на своем производстве, а я пойду, дел много.
– Да не владелец я, товарищ Гальперин, я мастер, так и напишите меня во всех документах.
– Вот это по-нашему, по-советски.
Веденяпин остался один.
Он подошел к токарному станку, включил рубильник. Станок скрипнул, словно ахнул, захлопала провисшая трансмиссия, станок натужно заработал.
Веденяпин вырубил рубильник и пошел к выходу.
Он обошел мастерскую, поправил фанерку на окнах, похлопал по проржавевшей водосточной трубе, закурил и пошел к трамвайной остановке."
"Внезапно обернулся и увидел дом под цинковой крышей, крашеные стены, стекло окон.
Видение вспыхнуло на секунду и погасло.
Веденяпин закурил и долго смотрел на здание мастерских.
Арнаутов и Прилуков
Артанутов проснулся, когда часы в гостиной пробили два раза.
Сквозь задвинутые портьеры пробивался слабый свет зимнего дня.
Арнаутов сбросил одеяло, сел на диване.
Лохматый, небритый, нечесаный, в несвежем белье.
В квартире тихо. Жена в театре, сын в летной школе.
Он закурил, закашлялся и долго отплевывался прямо на ковер.
Потом натянул вытертый халат и пошел на кухню.
В прихожей проснулся звонок.
Арнаутов подошел к двери.
– Кто там?
– Павел Сергеевич, Вам письмо из Стокгольма.
– Из Стокгольма?
Арнаутов суетливо открыл дверь.
На пороге стоял Прилуков.
– Разрешите войти?
– Прошу, прошу. Я по-домашнему, только встал, всю ночь работал.
– Позвольте представиться, Миронов Андрей Ильич, из Наркомата торговли. Был в Европе по торговым делам Республики и в Стокгольм встретил Дмитрия Львовича Рубенштейна…
– Как он?
– Процветает. Вот, – Прилуков достал из кармана письмо, – это Вам.
Дрожащими руками Арнаутов вскрыл конверт, быстро прочитал письмо.
– Как же так, он просил передать «Сашеньку» при личной встрече.
– Как я понял, обстоятельства изменились.
– Но я собирался…
– Купюра нужна срочно, завтра выезжаю в Стокгольм и передам ее владельцу.
– А если я не отдам?
– Павел Сергеевич, тогда вместо меня придут нанятые Рубенштейном люди. Вы знаете его и догадываетесь, что будет с Вами и с Вашей семьей.
– Знаю, – ответил Арнаутов.
Он пошел в кабинет.
Прилуков за ним.
