Онлайн-библиотека книг
– А разве это главное, – засмеялась Елена.
– Пройдет время – узнаешь. Вспомни, какая ты была светящаяся, когда ты любила Олега.
– Да, я его любила, потом, в восемнадцатом, я узнала, что его убили махновцы, я с горя уехала на юг, и только там мне рассказали, что он жив и здоров. Я была счастлива. Ждала нашей встречи, даже в Париж не уехала. А вернулась и поняла, что главное не любовь, а успех. Я выдавила из сердца Олега. Это далось мне не легко. Зато сейчас у меня есть все. А что бы имела, став женой репортера?
– Не знаю, милая, тебе видней, но в наше время думали иначе.
– Тетя, ваше чудное время прошло. И в том времени безвозвратно остался удачливый и богатый, принятый в свете журналист Леонидов, которого я полюбила.
– Тебе жить, милая, тебе жить. Но несмотря на все наши разговоры, ты сегодня будешь прекраснее всех.
– Я очень на это надеюсь, тетя.
Ювелирный «Пале-Рояль»
Последние покупатели ушли.
Приказчики складывали в коробки украшения и несли в хранилище.
Хозяин вышел из кабинета.
Приказчики окружили его.
Он оглядел своих людей, улыбнулся.
– С наступающим вас, вы славно поработали. А это к празднику.
Хозяин вручил каждому конверт.
– А теперь домой, к семьям. Я сам все закрою.
Все ушли.
Хозяин запер двери, закрыл ставни на окнах.
Подошел к двери кабинета, открыл.
– Все в порядке, господа.
Из комнаты вышли Леонидов, Тыльнер и четыре агента угрозыска.
– Делаем так, – сказал Тыльнер, – Вы, наш гостеприимный хозяин, пока спрячетесь в ювелирной мастерской, агенты за прилавками, а мы в этой нишке за портьерой.
– А зачем вам я? – спросил хозяин.
– Мы дадим преступникам вскрыть сейфы, а там ценности. Не дай Бог, что пропадет. А теперь по местам.
Часы в кабинете пробили десять раз.
Кафе «Домино»
В кафе «Домино» в середине зала стояла красиво украшенная елка.
Николай Николаевич, как генерал перед боем, командовал официантами, накрывающими столы.
Часы пробили одиннадцать раз.
В «Домино» распахнулись двери.
Первой в зал вошла «Баронесса» с четырьмя красивыми девушками.
Потом появился Глеб с друзьями.
Вошли и сели за стол Есенин и Мариенгоф и еще несколько поэтов.
Народ собирался.
Ювелирный «Пале-Рояль»
Часы в магазине пробили двенадцать раз.
Темнота и тишина.
Внезапно, раздался стук и заскрипел поднимаемый паркет.
Он громко треснул в тишине магазина.
На щели пробился яркий желтый свет.
Леонидов и Тыльнер из своего укрытия видели, как под напором снизу паркет словно сломился.
