Тени прошлого. Восставшие

– Нам надо еще украшения дочери купить.

– Прекрасно, тут на соседней улице ювелир Ашир торгует. Мы с ним в хороших отношениях. И изделия у него хорошие, на любой вкус. Отдает по нормальной цене. Я попрошу, отдаст.

– Ну если так, то поедем к тебе, старлей.

– Эх, где тот старший лейтенант Павлов и где официантка Лена, с которой так весело проводили время до того проклятого выхода к Астару. Нет его больше. Есть дуканщик Бакир Павар. Но ладно, едем! На твоем пикапе, если не против, Видад.

– Конечно, Гафар один среди нас трезвый.

Бывшие сослуживцы выпили по последней и вышли из дукана. На улице уже стемнело. Поехали на окраину города в так называемый спальный район. Файдар не стал звонить жене, поздно, утром позвонит.

«Ниссан» семьи Файдара выехал из Кабула в 11 часов. До этого, после молитвы и завтрака, Павар связался по телефону с ювелиром Аширом, объяснил что надо. Ювелир обрадовался, с утра хорошие вести, обещал продать все самое лучшее по сходной цене. В 8 утра бывшие сослуживцы и Гафар проехали к дукану Павара.

Там остался Дугани, тепло попрощавшись с капитаном и его сыном. Бакир повел отца и сына в ювелирную лавку, где их радушно встретил ювелир. Он уже разложил украшения на прилавке. В коробочках, на бархате, кольца, перстни, ожерелья, подвески, сережки, браслеты.

– Салам, дорогие гости, – Ашир обнял Павара, а затем после знакомства и Вадида с Гафаром.

– Салам, Ашир. Ну, показывай, что ты можешь предложить моему другу, – сказал после традиционных приветствий Павар.

Ювелир широким жестом обвел прилавок:

– Твой друг, Бакир, это и мой друг.

А для друзей только самое лучшее.

Файдар посмотрел на украшения.

– У меня глаза разбегаются. Как можно из этого что-то выбрать? Здесь все необычайно красиво.

– А тебе, брат Видад, – ювелир был одного с Файдаром-старшим возраста, – надо только сказать, кому ты хочешь купить украшения и по какому случаю.

– Дочери. На свадьбу.

Ювелир знал свое дело. Убрал половину коробок.

– Я бы посоветовал тебе ожерелье, браслеты и серьги.

Он выдвинул вперед три коробки.

Две большие, одну поменьше.

– Да, пожалуй, ты прав, это будет смотреться очень красиво.

– Э-э, Видад, твоя дочь будет единственной не только в вашем селении и селении жениха, а и в провинции, так богато украшенной.

– Хоп. Сколько эта красота стоит?

– Дорого, Видад, но я отдам с минимальной наценкой, клянусь, всего два-три процента. С других бы или с иностранцев взял бы раза в три дороже.

– Сколько, Ашир? – вступил в разговор Павар.