Тени прошлого. Восставшие

Но в случаях насильственной смерти, когда тело расчленено или разложилось до неузнаваемости, запрет теряет особую силу.

Крышка была открыта, и Файдар увидел лицо жены, голова – это все, что от нее осталось, посмотрел на дочь, у той сохранилась верхняя часть тела. Лица у обеих спокойные, умиротворенные. Гафар плакал.

Файдар попросил сына:

– Надо спешить, Гафар.

Они закрыли гробы, расписались в каких-то бумагах и вынесли гробы. Они были легкими. Уложили в кузов пикапа.

В 10:30 отец и сын вернулись в Кундар.

Около дома толпа. Внутри руководила всем жена Гафара, Гела.

Во дворе распоряжался Мустафа, где насыпать песок, где подготовить место под носилки.

Он помог вытащить гробы, их занесли в дом, куда пришли женщины селения.

– Законы не запрещают хоронить насильственно убиенных и сильно изуродованных мусульман в гробу, но все же, Видад, это как-то не по-нашему.

– Ты хочешь, чтобы на носилках лежала только голова Иман?

– Мы закроем края носилок. Но все сделаем, как положено. Саваны здесь, лифофы тоже, могилы роют, травы и благовония, розовое масло принесли.

– Зови. Нет сил смотреть на все это.

– Не говори так, Видад. Твоя жена и дочь уходят в лучший мир. Там нет войны, там нет распрей. Вечный покой. Что может быть лучше?

– Ничего, но не так рано.

– Здесь ты прав. Но на все воля Всевышнего.

– Что, ему так потребовались мои близкие?

– Не богохульствуй, брат.

– Нет, ты ответь, и те, что погибли в Урдуне, срочно потребовались Всевышнему?

– Видимо, он наказал нас за что, что ослабили веру, за то, что допускаем отступления от нее.

– Мы отступаем, а талибы нет?

– Все, Видад, не будем об этом. О превратностях судьбы и воли Всевышнего можно говорить бесконечно и так ни к чему не придти. Нам не дано знать, что правит миром, более того, что Создатель сам дозволяет знать. А значит, и споры бесконечны.

Началась процедура похорон. Останки Иман и Гульру омыли, постелили лифофы, в изоре надобности не было.

Имам прочитал молитву.

Носилки подняли мужчины и направились к кладбищу. Там уже были готовы могилы. Женщины по обычаю разместились на возвышенности за пределами кладбища. Имам вновь читал молитвы, затем тела, останки тел, опустили в могилы, мужчины бросили горсти земли.