Тени прошлого. Восставшие

– Это война, Вазир, мы же тоже не жалеем их?!

– Война, но кто ее начал? Разве мы начали эту войну? Разве народ Афганистана спросили: нужны ли здесь иностранные войска? Зачем они пришли? Зачем рушить наши традиции, внедрять советские порядки? Разве мы не могли сами разобраться с порядком в своей стране?

– Ты прав, Вазир, народ никто не спросил. Но власть же запросила советские войска. И русские вошли по запросу тогдашнего правительства.

– Которое и уничтожили.

– Я не хочу спорить с тобой, Вазир, но знай, русские теперь для меня не враги.

– Если они тебе не враги, то значит друзья?

– Случись врачам и пилотам, что прилетали сюда, вновь появиться в селении, я встретил бы их как дорогих гостей. Но если мне предложили бы доносить на тебя, других полевых командиров, на тех, кто воюет против них, я прогнал бы русских, оставаясь при этом благодарным им. Тем, кто спас моего сына.

– Хорошо хоть, они не завербовали тебя. А ведь, наверное, пытались? Ты сколько провел в советском гарнизоне?

– Неделю.

– Странно. Такая возможность заполучить агента.

– Ты хочешь оскорбить меня, Вазир?

– Нет, просто говорю, странно, что тебя не попытались завербовать.

– Я сказал правду. Впрочем, ты знаешь, я никогда не лгу.

– Знаю. В нас течет одна кровь, и на измену ты не способен. Хоп! Русские спасли Матика, ты благодарен им за это, пусть будет так.

– Я мирный человек. Но защищать свой кишлак буду до конца, независимо от того, кто решит захватить его.

– И ты можешь во всем рассчитывать на меня, я всегда готов предоставить тебе кров или убежище, ты мой брат, за тебя я жизнь отдам. Но, может быть, и тебе не стоит продолжать эту бессмысленную войну?

– Извини, брат, но в мои дела не надо вмешиваться. Тебе русские не враги, мне враги, а значит, я буду воевать с ними, пока они не уберутся из страны.

Жена Арана принесла мясо, лепешек. Ужин прервал разговор.

После ужина о случае с Матиком и об изменении в мировоззрении Арана не вспоминали.

Арезу знал, что, несмотря на благодарность Арана русским, брат никогда не предаст брата, поэтому вел себя как обычно.

Он повернулся к связисту:

– Готовь станцию, Бахиж.

Связист занялся радиостанцией.

Монар унесла посуду, выставила чайник со свежим заваренным зеленым чаем.