Теория поцелуя

Просто теперь она не стеснялась показывать себя такую всем остальным.

– Эй, дрищ! – прервал поток моих мыслей знакомый голос.

Не сбавляя темпа, я обернулся на звук. На широкой баскетбольной площадке под кольцами разминались парни из группы Харитона. Они дружно заржали из-за того, что я откликнулся. Кошкин смеялся громче всех.

– Не останавливайся, – тихо сказал Майкин, – не обращай на него внимания.

Мы двинулись дальше. Слева на трибуне отдыхали после бега ребята, которые учились на курс старше. Среди них был и Кирилл Леманн – парень Ольги Еремеевой.

Он махнул мне рукой. В ответ я тоже поднял ладонь. Но тут же опустил, заметив, что на ряд выше с кривой ухмылкой заседает Левицкий. И пусть мы с ним выяснили отношения еще в прошлую встречу, но неприязнь-то никуда не делась.

На втором круге Савина снова корчила рожицы Майкину, а Настя толкала ее в бок, чтобы та прекратила. Довольный Антоха не без удовольствия отвечал девчонке тем же, а потом ворчал, «как же она его бесит».

Перекинуться взглядами с Леной не удалось: теперь она была занята разминкой.

Зато у меня открылось второе дыхание – вместо привычной боли в боку откуда ни возьмись появились силы – хоть сейчас еще десять кругов пробеги.

– Эй, очконавт! Придурок! Угребище!

Как мне ни хотелось проигнорировать этот голос, я не мог. Замедлился, собираясь с духом. Надо было подойти и ответить ему. Сказать в лицо, что придурок – это он.

– Эй, рохля!

Ну все!

Я остановился, и в этот же момент мне в спину больно прилетел баскетбольный мяч.

Бам! Глухой звук отозвался болью между лопаток.

– О, прости, – заржал Кошкин, подходя ближе и подхватывая мяч, – не заметил тебя, придурок.

Я повернулся и окинул его сердитым взглядом. Внутри меня закипал гнев.

– Хочешь что-то сказать, мямля? – ухмыльнулся он.

Его друзья дружно заржали.

– Хочу, – кивнул я.

Кошкин подошел ко мне ближе.

– Похоже, ты чем-то недоволен, очкастый? – Он заметил вставшего рядом со мной Антона и округлил глаза: – О, да ты с подружкой! Мне уже страшно!

Новый взрыв смеха.

Его друзья стали подтягиваться ближе, и у меня пересохло в горле. В руке одного из парней была камера. Они намеревались записать свои издевательства надо мной и, вероятно, выложить в Интернет.

– Что тебе от меня нужно? – серьезно спросил я.

– Что мне нужно? – рассмеялся он, впиваясь пальцами в тугую резину мяча. – Чтобы ты не маячил перед моими глазами, вот что!"

"А дальше я не успел среагировать: Кошкин метнул мяч мне в грудь, и меня отбросило назад.