Онлайн-библиотека книг
– Я сказал, что это… – Что-то пушистое щекотно коснулось шеи, затем руки. Снова послышалось назойливое жужжание. Я еще раз дернулся, потом отмахнулся рукой, а затем вдруг почувствовал резкий укол выше локтя. – Ай!
– Осторожно, это пчела! – воскликнула Лена, приподнимаясь. Но было уже поздно.
– Говори-говори, – улыбнулся Харитон.
– Что это… мое… – начал я, но вдруг понял, что со мной происходит что-то не то.
Почувствовал резкую слабость, затем головокружение. К голове прилил острый жар, дышать стало трудно.
– Место… – прошептал я, чувствуя, как опухает во рту мой язык.
Сохранять равновесие становилось все труднее. Я покачнулся.
– Говори, придурок!
– Да что ты к нему пристал? – Ленин голос слышался как сквозь вату. – Видишь, плохо человеку? Эй, парень. Гляди, как побледнел…
Что-то резко притянуло меня к полу.
4
ЛенаПохоже, ботанику не просто поплохело, он явно собирался откинуть копыта прямо сейчас, в автобусе.
– Ты слышишь меня? Слышишь? Парень! – Я склонилась над ним, проверяя пульс.
В салоне поднялся шум: от беспокойного шепота до испуганных вздохов.
– Отойдите, дайте воздуха! – попросила я.
Кажется, он все еще был в сознании, но дышать ему было очень трудно.
– Да он прикалывается! – бросил Харитон, вставая. Протиснулся к проходу, перешагнул прямо через лежащего парня и посмотрел на него сверху вниз. – Притворился мертвым, чтобы не отвечать за свои слова! Дрищ!
– Нет, не прикалывается, – заключила я, наклоняясь к груди ботаника. – Дышит, но с трудом.
– Что с ним? – отодвинув Харитона, рядом присел какой-то рыжий парнишка.
– Ему плохо. Нам срочно нужна «Скорая»! – пришлось проорать мне.
– Что такое?
Гул голосов достиг апогея.
– У него раньше была аллергия? – спросила я, расстегивая ворот его рубашки.
– Вроде да, – побледнел рыжик, – но только на антибиотики…
– Проверь его одежду и сумку! – Теперь меня затрясло от страха. Пришлось снова закричать: – Да разойдитесь вы! Ему воздух нужен. «Скорую» кто-нибудь вызвал?
– Что происходит? – поинтересовался преподаватель, продираясь к нам по проходу через толпу.
– Анафилактический шок, – тихо сказала я, наклоняясь к самому лицу парня. Тот беспомощно хватал ртом воздух и оплывал на глазах. Его мертвенно-бледное лицо сильно отекло в районе глаз и рта, а пальцы на руках буквально превращались в сосиски. – Отек Квинке. Он не может дышать!
Беспокойство собравшихся перерастало в настоящую панику. Автобус качнулся и замер на обочине дороги.
