Захотят — повесят, захотят — дадут награду. Метод кнута и пряника. Будут его приручать. Но я хотела поговорить с ним, а увидеться — недостижимая мечта. Сказали бы пару месяцев, что буду счастлива от перспективы свидания с ним, не поверила бы…
Ну что ж, со своей стороны сделаю все, что нужно. Надежда окрылила: казалось, стоит нам увидеться, и все будет хорошо. Вечером, когда я уже была в постели, меня насторожил непонятный звук. Я отбросила покрывало и включила лампу у кровати, прислушиваясь. Показалось? Нервы расшатаны в хлам… Я вздохнула, собираясь ложиться, но вдруг снова услышала.
Тихий, тоненький скрежет, будто царапают стекло… В окно кто-то скребся.
Я отодвинула штору: в темном саду под дождем мокла худощавая фигура. Она прижалась лицом к стеклу — это оказалась девушка. Я вздрогнула от неожиданности, и тихо выдохнула. В глубине души я надеялась, что увижу Андрея.
Она смущенно улыбнулась, снова поскребла по стеклу длинными, алыми ногтями, и прижала палец к пухлым губам. Тут же исчезла в темноте, словно призрак.
Это кто такая?
Я прислушивалась к тишине в доме, пока в замке не заскрежетал ключ. Она изо всех сил старалась не шуметь. Девушка вошла и быстро закрыла за собой. Высокая, очень худая, в узких джинсах и мокрой кожаной куртке. В кудрявых русых волосах блестели капли дождя.
— Я — Вера, — сказала она, словно это все объясняло.
— Очень приятно, — не зная, как реагировать, пробормотала я.
Она заметила браслет и подняла бровь.
— И почему тебя здесь прячут? — к концу фразы тон взлетел вверх, так прорываются в голос сильные эмоции.
— Что вы хотите? — спросила я.
— Посмотреть, кому Рома одежду для беременных покупает.
Улыбается с сарказмом, но в глубине глаз тревога. Выражение лица заставило меня поискать у нее кольцо на пальце — в первое мгновение я решила, что это супруга Власова. Но кольца не было.
— Кто вы? — напряглась я.
Она явно решила, что Власов прячет свою подзалетевшую подружку. Интересно, если я заору, меня кто-нибудь услышит?
— Я — девушка Ромы.
— Разве он не женат?
— Женат, — улыбнулась она. — А ты кто?
Продолжать разговор глупо. Пока Вера насмешливо меня изучала, я решала, как разыграть неожиданный козырь. Попросить телефон? Сказать, что похитили? На мою тюремщицу это впечатления не произвело. А если это проверка от Власова и он хочет знать, буду я слушаться или попытаюсь сбежать?
Вера приняла нерешительность за страх.
— Не бойся, волосы выдирать не стану. Просто захотела встретиться.
