– Я убью этого ублюдка, и всю его гребаную семейку, – он схватил меня за хвост и потянул его, заставляя в глаза ему смотреть. Я накрыла своей ладонью его, умоляя ослабить хватку. Голова еще болела от его прошлых «касаний».
– Он увидит смерть каждого из них.. а потом Варламов посмотрит, как ты станешь моей, и, осознав, что у него ничего не осталось, сдохнет…
Мне было страшно даже слушать это. В глазах стояли слезы, и все, чего я могла желать – оказаться как можно дальше от этого человека. Сколько ненависти и злости было в нем.
Только сейчас я поняла, какого монстра держал Глеб возле себя.
Но как бы мне не было страшно, я не могла позволить ему сделать больно Луке. Варламов и так достаточно настрадался от моей семьи. И не важно, что изначально он смеялся над моей внешностью, и как сильно я обижалась на него. Все это пустое. Его жизнь, и его счастье – вот что имеет значение. Я поняла это сейчас как никогда раньше.
Даже если это будет стоить мне жизни, я не позволю Оскару навредить никому из них. И пусть они все отказались от меня, я не откажусь.
– Не трогай его, не надо… – взмолилась. –У меня правда ничего не было с ним. Я просто пошла в клуб потанцевать, а там он оказался. Слово за слово, я сказала, что замуж выхожу, а он… пьяный был, взбесился вот и позвонил. Оскар не нужно этого делать… что бы подумал Глеб?
Он удивленно замер. Стоял и смотрел на меня стеклянными глазами. А потом вдруг разжал свои пальцы и выпустил меня. Боль ушла, и я смогла немного выдохнуть.
– Я не трогаю тебя из уважения к брату.
Но видит бог, Ия, я держусь из последних сил, – провел пальцами по скуле, сжимая подбородок. Я испуганно ойкнула. На его лице застыл звериный оскал.
– И я не тронул бы тебя, пока ты сама того не захотела. Я бы ждал… но ты мне нож в спину всадила… – сквозь зубы яд свой выплевывает, отталкивает меня, заставляя упасть на пол.
Прикрываю лицо ладонями, сжимаюсь в страхе новых ударов. А он мой сотовый из кармана вытаскивает и в меня бросает.
– Там нет сим карты. И не будет, пока ты не одумаешься и не станешь хорошо себя вести.
Я не отпущу тебя. Мы поженимся, я уничтожу Рому. А потом.. ты либо моей будешь, либо уйдешь. Но Варламову я не отдам тебя, поняла?
Я молчу. Тогда он повторяет вопрос. Только так громко, что уши закладывает.
– Поняла?!
Я киваю. Снова и снова, задыхаясь от рвущихся из груди рыданий.
А он брезгливо так смотрит на меня."
"– Сейчас умойся и приведи себя в порядок. Звонил Орлов, он принял решение по продаже акций.
