Варламов делает вид, будто не слышит его. Он все еще смотрит мне в глаза. И я читаю в его голубых желание придушить меня.
– Я должен вернуться на ринг.
Пожимаю плечами в ответ. Лучшая моя броня – равнодушие. На большее сейчас нет сил.
– Должен – иди. Мне то что?
Вижу, как дергается мускул на его лице. Он отворачивается к блондинке.
– Элис, – окликает девушку. Та делает вид, словно и не заметила его присутствия здесь. – Проводи ее до выхода, убедись, чтобы села в такси.
Элис закатывает глаза, но послушно идет ко мне.
Варламов, даже не посмотрев в мою сторону, срывается к рингу.
– Пошли. – командует, едва ли не толкая меня.
Сука! Исай молчит, только взгляд его едкий раздражает.
Я иду к лестнице, но не потому что она приказала, а потому что больше не хочу находиться в этом жутком подземелье. Такое чувство, будто по мне каток проехался.
Когда мы оказывается на первом этаже, она подводит меня к коридору, ведущему к выходу.
– Слушай, милая, – Элис останавливается, прямо посреди прохода.
С обеих сторон от нас идут люди, периодически задевая собой. – Валила бы ты отсюда. Варламов – мой. И твои попытки вызвать у него чувство сострадания жалки.
Я смотрю в ее глаза карие, наглые, ненавистные, и чувствую, как буквально по сантиметру во мне поднимается то самое чувство. Чувство, которого мне так долго не хватало. Без которого я никак не могла расправить плеч.
Делаю шаг к ней, становясь впритык. Чтобы ни одного моего слова не пропустила.
– Ты иди к нему. А я, пожалуй, еще останусь.
Глава 16. Не смотри на меня
Я прохожу мимо танцпола. Высматриваю Лию у бара, за столиками среди отдыхающих. В этом сумасшествии сложно что—либо найти, но она нужна мне. Очень нужна. И когда я в очередной раз прохожусь взглядом по головам танцующих, замечаю знакомую шапку волос. Демид буквально вылетает из двери и грозовой тучей проносится мимо танцующих, прямиком к лестнице.
Не раздумывая ни секунды, срываюсь в сторону той самой двери. Но когда пытаюсь толкнуть ее, чтобы войти, из нее вылетает Лия.
Девушка смотрит на меня широко раскрытыми, воспаленными от слез глазами.
– Все хорошо? – выдавливает из себя улыбку, снова пытается закрыться, казаться сильной. Я сама всегда так делаю. Но ее поведение меня злит. Я хватаю ее за руку и тяну на себя, к стене. И когда мы оказываемся в безопасности и тени, я просто прижимаю ее к себе. Зарываюсь носом в ее волосы, так, словно она мне родная. Удивленная моим поведением, Лия замирает.
